Когда я свернула в правильную сторону, старик довольно хмыкнул у меня за спиной.
— Я в тебе не ошибся, — произнес он. — Ты — оригинал, а она — копия.
— И вас не смущает разница во внешности? — поразилась я. Все-таки я выгляжу совсем не так, как Марилла. Нас и в темноте-то не перепутать, а уж при свете и подавно.
— Какое мне дело до того, как ты выглядишь? Лишь бы сыну нравилась, и они тебя приняли, — при этих словах он кивнул на дверь, намекая на дракончиков, но не называя их. И правильно, вдруг нас подслушают.
Мы как раз добрались до цели — до двух дверей по соседству. Та, что справа ведет в мою спальню, левая — в покои к дракончикам. Мне предстояло выбрать, какую из них открыть.
— Куда пойдешь? — спросил старик.
«Конечно, к своим малышам!» — хотела ответить я, но… промолчала. На меня вдруг накатила волна страха и робости. Что если дракончики не признают меня в новом теле?
— Вдруг они меня не примут? — озвучила я свои опасения.
— Тогда я тебе не завидую, — хохотнул старый лорд. — Подделку они чуть не сожрали. Я еле удержал.
— Марилла… — я сглотнула ком в горле, — знает о них?
— За кого ты меня принимаешь? Чтобы я доверил важную тайну первому встречному? Не бывать этому!
А все-таки повезло мне со старым лордом. Мировой у меня сообщник!
Помявшись в коридоре, я так и не решилась пойти сразу к дракончикам, как бы сильно мне ни хотелось их увидеть. Смалодушничала. Меня пугала не агрессия драконов на незнакомого человека, а вероятность быть отвергнутой. Если они меня не признают… да я этого не переживу!
Что если им мало одного тела или одной души, а нужен сразу полный комплект? Что ж, ради дракончиков я готова переселиться обратно в Мариллу до тех пор, пока они не вырастут.
Открывая дверь в свои покои, я объяснила свой выбор:
— Хочу смыть с себя грязь перед встречей, чтобы они чего-нибудь не подхватили от меня."
"— Ну-ну, — покивал головой старый лорд с таким видом, будто не поверил ни единому моему слову.
Мне почудилось, что он не одобряет мое решение, но настаивать на чем-то другом он не стал. Я оценила его деликатность.
Итак, сначала я вымоюсь, сотру с себя все посторонние запахи, чтобы малышам было легче унюхать мою суть. А уже после проверю их чутье — узнают они маму в чужом теле или нет.
Но в покоях меня ждал сюрприз.
— Ничего себе… — вырвалось у меня при виде собственной гостиной.
Да уж, Марилла не солгала. Комната в самом деле сильно пострадала. Тканые обои лоскутами свисали со стен, люстра лишилась большей части подвесок, мягкую мебель распотрошили, а деревянную превратили в щепки. Теперь понятно, почему Марилла советовала сменить покои.
— Я же говорю, они были недовольны, — произнес старик, заглянув в комнату через мое плечо. — Я пытался их усмирить, но они не слушались.
Я поежилась.