Обычно розовое полусладкое не настолько терпкое. На языке растекалось и крепло послевкусие, похожее на цедру лимона — нечто горьковато-кислое.
Я поморщилась:
— Кажется, вино прокисло.
— С чего ты взяла? Оно превосходное, — возразила Марилла.
Ей лишь бы мне перечить! Я хотела осадить девушку, но сама осеклась. Если Марилла не солгала, и в ее бокале вино действительно сладкое на вкус, в таком случае в мое подмешено нечто, что делает его менее приятным.
Я резко повернулась к Ка-элю. Это он! Без сомнений, это он что-то подмешал в мой бокал. Надеюсь, не яд. Да нет, он бы не стал вытаскивать меня из крепости ради того, чтобы отравить. Ведь так?
31--2
— Что в моем бокале? — спросила я сипло — от испуга перехватило горло.
— Всего-навсего эликсир, — успокоил Ка-эль.
Уже легче. Хотя бы не яд. Но я все еще негодовала — драконид чем-то меня опоил! Как ему вообще такое в голову пришло? О каком доверии между нами после этого может идти речь? Да я теперь в его присутствии буду опасаться есть и пить!
— Зачем ты это сделал? — поразилась я вслух и вдруг сама догадалась: — Это что, сыворотка правды?
— Можно и так сказать, — кивнул Ка-эль. — Но мы называем это эликсиром чувств. С его помощью можно вызвать у человека любую эмоцию. В том числе доверие, а оно провоцирует откровенность."
"Значит, все-таки сыворотка правды, пусть и с таким своеобразным действием. Я скосила взгляд на вилку. Я так разозлилась на Ка-эля, что была готова вспомнить Орден Столовых приборов и сделать в одном противном дракониде лишние четыре дырки. Он поступил со мной просто ужасно.
— Я и так рассказала тебе все, что знала сама! — Всплеснула я руками.
— Нет, — качнул головой Ка-эль, — ты что-то недоговариваешь. Чутье драконида еще никогда меня не подводило. Твоя реакция только подтверждает, что прав. Если тебе нечего скрывать, чего ты переживаешь? Это выглядит подозрительно.
— Ты опоил меня какой-то дрянью, потому что тебе что-то там померещилось, подозрительный ты мой? — насупилась я.
— И правильно сделал, — встряла Марилла.
— А ты помолчи, а не то и тебе достанется, — рявкнула я на нее.
Она невинно захлопала ресницами и притворилась, что очень увлечена пережевыванием овощей.
Я не удержалась и подколола ее:
— Ешь осторожнее, а то, может, и тебе чего подмешали. Какое-нибудь зелье против вредности. Тебе только на пользу пойдет.
Марилла поперхнулась и закашлялась, а после отодвинула от себя тарелку. Кажется, я отбила у нее аппетит, а заодно и желание встревать в чужой разговор.
— Эликсир прояснит все раз и навсегда, — продолжил свою мысль Ка-эль. — Он подействует примерно через пол-удара колокола. Тогда и поговорим по душам. Ты расскажешь мне все, — пообещал Ка-эль, — вплоть до того, какое сейчас на тебе белье.
А никакого. Это я и так могу сказать.