Автор
В тихом море звуки играют мелодию: властный голос Суль, мягкий Дага, игривый Лив* — детишки не перестают истошно кричать. Тенгель смотрит на них из-за весла, его сердце тревожно колеблется от опасений за каждого ребенка. Книга ожидает вас в мире, где чистые голоса моря и детские игры тонут в глубине волнения и приключений....
— Суль, а ты хотела бы мне помогать? Хоть ты еще и очень молода, но… Я знаю, что ты можешь лечить. Не так как я, а по-своему. У тебя нет такой силы в руках, как у меня. Но зато ты умеешь много такого, чего я не умею. Ты ведь у нас настоящая ведьма.
— Неужели и мне можно?
— Ничто не может обрадовать меня больше. Если ты начнешь применять свои способности для благих целей, я буду счастлив.
Суль будто снова возродилась к жизни.
— Я так много могу сделать! Буду пользоваться своими травами… А некоторым я могу помочь покинуть этот мир для всеобщего блага.
— Нет, — отчаянно крикнул Тенгель. — Ты будешь спасать жизни, а не отнимать их!
— И все же я не могу понять, — нетерпеливо перебила она, — если от человека только беспокойство, если он доставляет хлопоты себе и другим — почему бы его не убрать?
— Забудь об этом, Суль. Так нельзя.
Она побежала за ним со сложенными, как для молитвы, руками.
— Хорошо, Тенгель! Я обещаю. Я клянусь, что не отниму жизнь ни у одного человека. Я буду спасать их, помогать им. Только позволь мне быть с тобой.
Тенгель кивнул:
— Другого выхода я не вижу. В руки властей я тебя, естественно, не отдам, хотя, может быть, поступить так было бы лучше всего. Но ты отдаешь мне все свои самые опасные лекарства. Все, Суль.
Она кивнула.
— Ты пока еще ребенок и не отдаешь себе отчет в том, что делаешь. Получишь все назад, когда тебе исполнится… двадцать лет!
— Ждать еще целых пять лет!
— Да. Только в этом я вижу твое спасение.
Она обречено вздохнула:
— Что ж, как ты скажешь, так и будет.
И они направились к дому. Тенгель тихонько засмеялся.
— Будучи моей помощницей, ты поможешь мне вот еще в чем — будешь общаться со всеми этими знатными дамами. Мне с ними очень сложно.
— И как же я буду помогать? — с любопытством спросила Суль.
— Видишь ли, пациент всегда испытывает к врачу особые чувства. А женщины-пациенты очень часто испытывают к врачу-мужчине определенные чувства. Я бы назвал их смесью восхищения и влюбленности. Чувство подчинения ему, что ли. Иногда это бывает очень некстати.
Суль ухмыльнулась, а потом залилась смехом:
— Ты хочешь сказать, что они влюблены в тебя?"
"— Да, что-то в этом роде. Так что если я буду брать тебя с собой, их интерес к моей персоне остынет.
Девочке все это показалось ужасно забавным. А Тенгель с неохотой ходил к таким больным. Ему вспомнились зовущие глаза, «случайно» сползающее нижнее белье, маленькие, узкие руки, поглаживающие его…
— И как, на тебя производит впечатление?
Он наморщил лоб.
