Пустырь подернулся мрачными тенями деревьев, их высота и темно-синий цвет придавая месту атмосферу безграничной мрака. Ночь здесь была настоящей смертью, воздух свисал густым туманом, каждый вздох наполнял душевную муку. Каждый выдыхаемый вами фрагмент этой тьмы ты отдавал другим без остатка......
А что собственно оставалось? В длинном коридоре, со стенами, сложенными из огромных грубых каменных блоков и утыканными мощными дверями камер, осталась только беспомощная я.
***
Секунды ожидания казалось растянулись в минуты пока замерев от страха, запахнувшись в шаль ожидала появления стражи.
Они ввалились в двери шумной толпой, не менее десятка, словно заранее ожидая проблем. На мгновение застыв, оценивая обстановку, удивленно и подозрительно уставились на меня. Совершенно лишний элемент, не запланированный, а значит опасный.
В свою очередь с замирающим от предчувствия грядущих проблем сердцем, смотрела на суровую стражу в одинаковой форме, напоминающей необычную военную. Мощные, хмурые мужики, не такие огромные как Серый, но весьма впечатляющего размера.
И очень злые. Сразу понятно по напряженным лицам, сжатым губам и холодным глазам, с ходу обещающим мне массу неприятностей. Вооруженные холодным оружием, как принято в этом мире. Заметила висящие на боку каждого ножны с мечом.
К какой из рас относятся, понять не смогла, элементарно не хватало знаний.
Стражники удивлялись недолго. Мгновенно оценив обстановку, заметив лежащих двумя безвольными телами сослуживцев, бросились к ним на помощь. Еще несколько заглянули в пустующую камеру Крагена, стоящую с распахнутой дверью.
Один из них, наверно самый главный, направился в мою сторону, пристально разглядывая.
- Откуда взялась? – хрипло спросил, обдавая внимательным, пронзительным взглядом медовых глаз. Отросшая черная щетина, в добавок к темным коротким волосам и тонкими ниточками давних шрамов придавали ему откровенно бандитский вид.
Пожала плечами, не зная, что собственно теперь делать и как себя вести. Хотелось сбежать от этого ужаса в глубокий обморок. Но он не спешил меня посетить, и оставалось ожидать развязки, трепеща от захватившего страха.
Наверно, так чувствует себя рыба, пойманная в садок, когда ее вытаскивают, отправляя в ведро к остальным. И не отпустят обратно в воду, отправят на уху. Остается только дышать, беспомощно ожидая страшной развязки, без возможности сбежать.
Тело словно застыло, одеревенело от нервного напряжения. Ледяные пальцы неистово сжимали бедную шаль, как последний оплот защиты, грозя порвать.
