Пустырь подернулся мрачными тенями деревьев, их высота и темно-синий цвет придавая месту атмосферу безграничной мрака. Ночь здесь была настоящей смертью, воздух свисал густым туманом, каждый вздох наполнял душевную муку. Каждый выдыхаемый вами фрагмент этой тьмы ты отдавал другим без остатка......
Сразу встает вопрос, на чем и собственно, чем?
Отыскав на краю поляны под одним из деревьев подходящую отломанную палку, принялась рисовать толстую линию на земле, освобождая ее от травы, четко обозначая границы будущей защиты. Прежние уроки Крагена пришлись как нельзя кстати, ясно представляла себе весь порядок действий.
Но пришлось весьма непросто. Круг чертила большой, ведь мы должны свободно поместиться вдвоем. Трава крепко цеплялась корнями за землю, не желая выдергиваться, освобождать пространство под обозначение границ.
Постоянно подгонял потаенный страх, заставляя дергаться и оглядываться в ожидании опасности. Требуя действовать быстро, нас могли почуять хищники, наверняка обитающие в лесу. Какой же лес без хищников? Здесь должны водиться разные животные, а значит на них кто-нибудь охотится, в природе все предопределено.
Упрямо возилась с землей, стараясь ровно рисовать линию круга на тяжелой, влажной почве, освобожденной от власти травы, иногда поглядывая на Серого. Мышцы болели от непривычной нагрузки, еще не отошла от нашей с ним нелегкой прогулки.
Он словно отключился, впав в бессознательное состояние. Глаза прикрыты, бледное лицо, испарина на лбу и тяжелое дыхание вздымавшейся груди. Но я верила, он продержится. Не позволяя прорываться даже отголоскам страшных мыслей, чувствуя, как бегут невольные слезы.
Но и на них не обращала внимание, сосредоточенная на главном. Нет места слабости, нет времени для сомнений. И даже чувствовать невозможно, пока не закончу начатое.
Закончив с кругом, бросилась освобождать небольшой участок земли в центре для начертания самих рун. Снова пришлось повозиться, выдирая траву и ровняя землю, подготавливая, чтобы писать.
Теперь собственно само начертание и активация. Связку из шести рун помнила отчетливо. Как говорят, хоть ночью разбуди, сразу отвечу. И принялась осторожно, аккуратно, не торопясь выводить символы, прекрасно помня слова Крагена о необходимости полного соответствия.
Тогда, еще в первое появление в этом мире, при случае попросила Крагена научить меня магической защите, доступной для моего крайне слабого магического потенциала.
Как он мне пояснил, в целом магические способности есть почти у всех. Но большинство настолько слабы, что в принципе не способны использовать магическую энергию. И я как раз одна из этого множества.
Но Краген не даром профессор магической академии, и нашел для меня выход, предложив использовать руны.
