В тени домов скрываются теневые игры: одна женщина - игрушечная, но при этом доступная и беззащитная, становится центральным звеном в загадочной сети обжигающих желаний. Здесь любовь переплетается с отчаянием, где каждое движение может перевернуть весь мир на её фоне.
Майя даже знать не хотела, что муж там такое сделал с ней, от одной мысли о бедной секретарше, становилось дурно.
Она видела несколько фотографий, на которых ее муж надевал анус бедной Анны, как кусок мяса на шампур, Майя потом долго не могла представить, как эта секретарша вообще согласилась на такие пытки добровольно.
Муж неоднократно рассказывал, какие интересные опыты он проводит с Анной в красной комнате, и как многое он еще мечтает с ней сделать. В итоге, бедная девушка не выдержала и Майе было ее искренне жаль, хотя она и видела ее только на фотографиях.
Смуглянку было тоже жаль, все-таки, это была вина Майи, что впустила эту попрошайку в дом. Теперь Вячеслав будет делать из нее “перчаточную куклу” или “куклу-рукавицу”. Только у этой девочки анус гораздо меньше, чем у Анны, эту Вячеслав может ненароком порвать при своих экспериментах. Но сказать о своих опасениях Майя не решалась, муж мог вспылить в любой момент.
Представляя, что муж сделает с бедной девочкой в скором времени, у Майи перехватило дыхание и защемило сердце.
– Не надо было тебе стучаться к нам! Зачем ты пришла тогда? Дуреха… Прошла бы мимо и жила бы сейчас свободно! – тихо проговорила она.
Смуглянка размеренно дышала и из ее глаз лились слезы, вены на лбу выступили и все лицо покрылось густым холодным потом.
Майя тяжело вздохнула и пошла к другим рабыням.
– Ну, кто первый за завтраком? – улыбнулась хозяйка и пошла от левой стенки кормить девушек.
Майя присела на корточки около Инны, поставила поднос на пол около себя и взяла с него одну из трех больших тарелок.
– Давай, дорогая, надо кушать, иначе сил не будет! – говорила Майя тоном строгой матери и практически силой впихивала ложку за ложкой в брыкающуюся девушку.
Умелая Майя расправилась с Инной за считанные минуты и перешла к Жанне.
– Так, милая, теперь ты. Давай, не упрямься! – она так же с напором начала засовывать ложку за ложкой в Жанну.
Пока хозяйка кормила вторую пленницу, две оставшиеся девушки незаметно переглянулись и кивнули друг другу. Майя не видела этого жеста.
Внезапно, Инна вскочила со своего матраса, схватила с подноса маленький ножик для хлеба и с криком всадила ее тонким основанием в поднявшуюся и замершую от неожиданности Майю. Удар пришелся в живот. Из раны мгновенно хлынула кровь. Майя зажала левой рукой рану вместе с торчащей в ней ножом и заорала от шока.
