В тени домов скрываются теневые игры: одна женщина - игрушечная, но при этом доступная и беззащитная, становится центральным звеном в загадочной сети обжигающих желаний. Здесь любовь переплетается с отчаянием, где каждое движение может перевернуть весь мир на её фоне.
Руки Вячеслава быстро вставляли кольцо в образовавшееся отверстие, вернув девушку в чувство и заставив ее снова выть от боли.
Любовная парочка еще долго измывалась над Инной, прокалывая ей различные части тела и, к моменту завершения, у жертвы появился пирсинг в самых неожиданных местах.
– Дорогая, а нам с тобой в пору пирсинг салон открывать! – засмеялся Вячеслав.
– Ну да, для первого раза – неплохо! – согласилась Майя, – Но в следующий раз, сделаем лучше!
Скулящую Инну, кое-как удалось посадить на “быка”, уговорив под страхом побоев, чтобы она сама залезла на огромный торчащий член.
"Отростки на пыточном агрегате ожили. Толстый член на седле прыгающего в разные стороны быка и подбрасывающего бедную Инну вверх, неистово терзал ее изнутри. Насладившись мучениями своей строптивой рабыни, Майя увеличила скорость, фаллос выходил из тела при каждом прыжке “быка” и с ходу врывался во внутрь. Инна зашлась в истерике, извиваясь, пытаясь вытолкнуть из себя причиняющий страдания предмет.
Майя подошла к прыгающей и плчущей Инне и стала ласкать ее клитор, затем вцепилась зубами в кольцо на соске и стала его жадно сосать, перебирая во рту колечко и лаская языком ореолы.
После нескольких часов пыток, Инна не чувствовала свое тело.
С этого дня, Инна стала фаворитом в играх Вячеслава. Жанну влюбленные всего несколько раз привлекали к соитию, но она очень быстро им надоела, но издеваться над Инной, для обоих, доставляло особое наслаждение.
Вячеслав, памятуя, как он выворачивал прямую кишку своей бывшей секретарши Анны, решил все-таки исполнить свою мечту и снова добиться такого эффекта.
– Нужно просто расслабить ее сфинктер и убрать сопротивление прямой кишки. Тогда она будет более покладистой и внешне и внутренне, – произнес Вячеслав и стал засовывать в Инну руку.
Устав от своего занятия, он менял руку и продолжал снова. Майя удивлялась его усердию, но не пыталась его переключать на другие развлечения.
