Молодая женщина оказывается в ловушке мира, где чудовища скрываются под человеческими масками. Борясь за выживание и свободу, она теряет себя, но не теряет надежду найти путь домой. Психологический триллер о цене выживания и трансформации.
– Одевайся. Мы едем к твоим родителям, – говорю я, отстраняясь от нее и направляясь к комоду.
– Что? Почему? Что происходит?
Я качаю головой.
– У меня было предчувствие, что Клэр что-то замышляет, поэтому я попросил Джея проверить их дом. К ним кто-то вломился примерно полчаса назад.
Она сползает с кровати и оказывается рядом со мной в считаные секунды, отталкивая мои руки и хватая одежду.
– Зачем ей понадобились мои родители? – спрашивает она, судорожно одеваясь."
"– Потому что, кроме меня и Дайи, это единственный способ добраться до тебя. На связь с нами еще не выходили, а значит, они не предприняли пока ничего радикального.
Она качает головой, и паника стягивает ее брови в тугой узел.
– Не понимаю. Просто не понимаю, почему она так упорно преследует меня.
Я достаю один из своих пистолетов из ее комода, проверяю обойму и засовываю за пояс джинсов. Нож, который я подарил ей на день рождения, остался внизу, но я захвачу пару дополнительных пистолетов и для нее.
– На данный момент это личное, детка. Я – самая большая угроза для ее организации, а ты – самый большой куш, который она когда-либо увидит в своей жизни. Ты можешь сделать ее богаче, чем имеет право быть любой человек, и одновременно с этим поставишь на колени меня.
– Ксавьер уже заплатил за меня, а теперь он мертв. Так что она заработает на мне вдвое больше, – язвит она.
Она бросается к своим кроссовкам, валяющимся у ножек кровати.
– Не может быть, чтобы она решила, что это сработает. Неужели она считает, что я настолько глупа, чтобы дважды попасть в одну и ту же ловушку?
– Дело не в том, насколько ты умна, а в том, насколько ты в отчаянии. И если она доберется до твоих родителей и использует их в качестве заложников, ты впадешь в достаточное отчаяние, чтобы согласиться на все.
Адди надувается и топает ногой, чтобы кросовки сели как надо.
– Будь я проклята, если стану такой же, как Рио, – бормочет она себе под нос.
Скорее уж я попаду в рай, чем это произойдет.
– Какого черта она вообще собирается делать? – спрашивает Адди вслух, хотя вопрос звучит риторически. Она поворачивается ко мне, и ее светло-карие глаза резко вспыхивают. – Эта глупая сука попытается заставить меня обменять свою жизнь на их, да?
– Скорее всего, – соглашаюсь я и выхожу вслед за ней из спальни.
В этот момент стены словно открывают свои глаза, наблюдая за тем, как мы мчимся по темному коридору. Адди несется, не обращая на ползущие тени никакого внимания.
