Весна в тени старого замка превращается в ужасающий призыв, когда исчезнувшая молодежь внезапно вернулась с могущественными силами. В "Охотясь на Аделин" Х. Д. Карлтон создает мрачную атмосферу и плотный сюжет о борьбе за выживание в мире, где призраки не только существуют, но могут обладать силой и гневом....
Взглянув на меня, она бросает взгляд, который означает: «Заткнись, иначе…» На моем лице проскальзывает ухмылка.
Какая страшная маленькая мышка.
Но на этот раз я ее послушаю.
Правда, это довольно непросто, поскольку Дайя тоже смотрит на нее, подняв брови. Адди чуть поджимает губы, и я предчувствую, что очень скоро они во всех подробностях обсудят, как близко она соприкоснулась с природой.
– У нас достаточно времени, чтобы перехватить самолет.
Адди с любопытством наклоняет голову.
– Что именно ты собираешься делать?
И теперь я оскаливаюсь вовсю, в моей ухмылке проскальзывает уже настоящая свирепость.
– Я знаю, как именно мы заставим ее прийти к нам.
Она с любопытством вскидывает брови.
– И как же?
Я перевожу взгляд на Джея, и, хотя он выглядит не менее заинтригованным, он насторожен. Этот говнюк никогда не одобряет мои планы. Это просто глупо. Они же потрясающие.
– Гэри Лоусон и Джеффри Шелтон вступят в противостояние с Зейдом. И угадайте, кто проиграет?
– Они, – уверенно предполагает Адди.
– Нет, детка.
* * *Адди качается на носочках, от нее волнами исходит нервное возбуждение. Она вела себя беспокойно с тех самых пор, как мы приехали в аэропорт несколько часов назад. Мы прилетели в Лос-Анджелес максимально быстро, чтобы у нас осталось время на планирование и подготовку. А сейчас мы сидим и ждем в частном самолете на взлетной полосе, и она начала превращаться в тасманского дьявола из «Луни Тюнз».
– Почему бы тебе не присесть? Здесь чертовски удобно, – предлагаю я.
Для подтверждения своей точки зрения я закидываю ноги на маленький коричневый деревянный столик перед собой и откидываюсь назад.
– Как ты можешь быть таким расслабленным? – спрашивает она, но смотрит на кресло так, словно ей действительно не повредит, если ее задница хоть на секунду опустится на него.
– Это наименее волнующая вещь, которую я когда-либо делал во время работы.
Она вскидывает бровь, и если бы я не знал наверняка, то подумал бы, что она обиделась.
– Это чертовски грубо, – сухо произносит она.
Да, определенно обиделась. Я ухмыляюсь.
– Не хочешь забраться на переднее сиденье и трахнуться рядом с мертвым пилотом? – спрашиваю я, крайне интересуясь ее ответом.
Она всегда меня удивляет.
В тот момент, когда она открывает рот, в отдалении раздаются чьи-то голоса, которые отвлекают ее, словно собаку, заметившую кошку.
Проклятье. Придется вытягивать этот ответ из нее позже.
Голоса приближаются, и она моментально вскакивает, расправляя напряженные плечи.
