Потом мы вгрызлись в пирог с осетриной и здоровенную, политую топленым маслом, кулебяку, с несколькими слоями начинки - трех, минимум, сортов дичи, грибов, лука и чего-то еще...
Далее был подан, запеченный до хрустящей корочки и истекающий сквозь проколы соком, гусь в яблоках. Гарниром к нему шла печеная же картошка, и тушеная в жиру квашеная капуста с черносливом. (Да, если я еще не упоминал, с картошкой, как и другими, попавшими в Европу из Америки, растительными культурами вроде томатов и кукурузы, тут все было в полном порядке - росли они здесь и активно использовались, переселенцы из нашего мира завезли.
)
На десерт были сладкие калачи, варенья, орехи в меду, квас или морс, на выбор.
Отсутствием аппетита мы с оборотнем не страдали - скорее наоборот, но осилили такое количество снеди с большим трудом, а после обеда, еле встали из-за стола.
Днем нас посетил благообразный, маленький, кругленький, улыбчивый и очень говорливый тип, в костюме, который так и хотелось обозвать партикулярным платьем (хотя я не сильно представляю, что это такое).
.. Если не чем-нибудь похуже... Судите сами, этот персонаж был облачен в черные лакированные штиблеты с большими металлическими пряжками, бежевые брюки и малиновый, длиной почти до колен, двубортный пиджак с блестящими пуговицами!.. Простите, наверное, все же сюртук. На голове красовался черный цилиндр с широкими полями. В руках незнакомец держал трость с серебряным набалдашником и солидный саквояж коричневой кожи.
Наши то ли слуги то ли охранники личность пришельца опознали и подтвердили, но верительную пайцзу все одно проверили и только тогда допустили на территорию."
"Человечек мячиком вкатился во двор и тут же развил бурную деятельность. Мы с Хортом, раздевшись до пояса, разминались на улице с холодным оружием, и находились буквально в нескольких шагах от гостя, но нас он поначалу не заметили - видимо не посчитал достойными внимания, а, обратившись в пространство, патетически возвестили:
- Скорее ведите меня к пострадавшему!
- Ща какого-то пострадавшего отсюда уносить будут.
- Прошипел сквозь зубы, недовольный таким пренебрежительным отношением, Хорт.
- Погодь, давай сначала посмотрим, может он по делу и с него польза какая-то будет. - Урезонил я друга. - Согласись, на бар и господ мы в таком виде действительно не тянем.
- Милейший, вы к кому это обращаетесь? Мы все тута. И пострадавшие и еще пока нет...
- Ох, простите.