В начале девяностых на Урале разворачивается борьба между американской разведкой и российской контрразведкой за военные секреты. На фоне этого кризиса Екатеринбурга бушуют криминальные разборки бандитских группировок, угрожающие стабильности региона.
Раздел Chitat.online для книги «Окаянные девяностые» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В начале девяностых на Урале разворачивается борьба между американской разведкой и российской контрразведкой за военные секреты. На фоне этого кризиса Екатеринбурга бушуют криминальные разборки бандитских группировок, угрожающие стабильности региона.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Николай Николаевич Лузан Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
В начале девяностых на Урале разворачивается борьба между американской разведкой и российской контрразведкой за военные секреты. На фоне этого кризиса Екатеринбурга бушуют криминальные разборки бандитских группировок, угрожающие стабильности региона.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Минуту назад тихий двор в одно мгновение превратился в ад. На детской площадке кричали дети, мамы, бабушки искали защиту в песочнице и за горкой. Старики-пенсионеры распластались под столом и лавками. Костяшки домино рассыпались по спинам, натруженные руки по старой армейской привычке прикрывали головы. Собаки выли, рвались с поводков и волочили хозяев по земле. Крики, плач, вой, выстрелы и мат слились в дикой какофонии.
Перестрелка переросла в ожесточенный бой. Перелом в него внес третий киллер — снайпер. Он возник в чердачном окне и прицельным выстрелом убил Ганнибала. Его огромное тело дернулось в предсмертной конвульсии и затихло. Сергей с Вадимом не дрогнули, продолжали держать оборону и, экономя патроны, не давали возможности киллерам сменить позиции. Багин воспользовался этим и попытался дотянуться до пистолета Ганнибала. Снайпер опередил его. Пуля задела правое плечо, рука обвисла плетью, и Багин снова откатился под прикрытие джипа. Ранение оказалось тяжелым, от боли мутило сознание, а к горлу подкатил тошнотворный ком. Сергей ринулся на помощь к нему, сбросил с себя пиджак, порвал рубашку на полоски и принялся перевязывать рану.
Киллеры тут же воспользовались этим и сосредоточили огонь на Вадиме. Шквал пуль обрушился на урну. Она на глазах превращалась в решето. Известковая и каменная крошка усыпала Вадима с ног до головы, сквозь нее на левом боку проступала кровь. Он продолжал держаться и не давал возможности автоматчику выбраться из подвала. У того подходили к концу патроны, и он отвечал короткими очередями. И снова, как с Ганнибалом, исход боя решил снайпер. Он сменил позицию и одним точным выстрелом поразил Вадима.
Сергей и Багин остались один на один с тремя киллерами. Положение с каждым мгновением ухудшалось. Автоматчики, засевшие в подвале и на трансформаторной будке, пресекали все их попытки прорваться в подъезд. Джип уже не служил защитой от снайпера, и Багин с Сергеем, рискуя оказаться под огнем автоматчика, засевшего на трансформаторной будке, перебрались под защиту москвича. От большой потери крови Багин едва мог шевелиться. Жизнь мучительно медленно покидала его и спасти могло только чудо, но оно не произошло. У Сергея закончились патроны. В отчаянном броске он попытался дотянуться до автомата Вадима, выстрел снайпера поразил и его. Багин остался беззащитен перед киллерами, и в его тускнеющих глазах застыла предсмертная тоска.
Солнце по-прежнему безмятежно светило над головой и яркими лучами заливало двор. Веселые зайчики поигрывали на стеклах машин и в лужах. С улицы доносился монотонный гул города.
