Дверь отворилась, и изумлённые молодые люди увидели сервировочный столик с ведёрком, из которого торчало обтянутое чёрной фольгой горлышко бутылки, двумя бокалами и хрустальной вазочкой с чёрной, на минуточку, икрой. Всё это великолепие вёз официант – рослый негр в безупречном жилетном костюме и белоснежной бабочке.
Он вкатил столик в номер и невозмутимо осведомился:
– Господа желают, чтобы я разлил шампанское?
Рослав всё ещё не мог обрести дар речи. Авид сориентировался быстрее.
– Послушайте, – затараторил он, – вы что-то перепутали. Мы не заказывали ни шампанское, ни… ни икру. – Шас покосился на вазочку и быстро добавил на всякий случай: – И мы не собираемся за это платить.
Негр выслушал его с невозмутимостью вышколенного официанта и сообщил, что никакой ошибки нет, и откланялся прежде, чем Рослав и Авид успели возразить. А когда шас высунулся в коридор (с момента исчезноваения негра не прошло и двух секунд), там никого не оказалось.
– Чудеса… – протянул Рослав.
– Чудеса – это «Дом Периньон» в задрипанном трёхзвёздочном отеле, где вправе существовать только пахнущий клопами купажированный виски, – задумчиво произнёс Авид и почесал подбородок. – Чудеса – это икра, которой здесь, между прочим, достаточно, чтобы купить маленькую африканскую страну. И официант из этой самой страны, у которого один пиджак стоит, как эта икра.
– Думаешь, это всё же ошибка? – Рослав с сожалением отступил от столика.
– Клянусь погребами Спящего, ты хочешь продать дом, чтобы расплатиться за чужой ужин? Шучу, – поспешно добавил шас. – Но всё-таки…
Рослав потянул за горлышко запотевшую бутылку.
– Если вам, шасам, никто не доверяет, это не повод, чтобы вы не доверяли никому.
– Чего? – Авид выпучил глаза. – Сам-то понял, что сказал?
– Как хочешь. Ты же сам требовал отпраздновать, видишь, как удачно всё сложилось.
– Ага, – медленно проговорил шас, глядя куда-то за спину Рослава. – Именно что удачно.
Авид указал на кровать, где на покрывале валялись безделушки, включая солонку с отвёрнутой крышкой. Взгляд у шаса был таким, словно он умножал в уме десятизначные цифры.
– Что это? – Рослав от неожиданности накренил бутылку, и драгоценное шампанское полилось мимо. Авид, не отводя взгляда от солонки, подставил бокал под пенную струю.
– Вот тебе и чудеса, – задумчиво изрёк он. – Сдаётся мне, мы нашли кое-что действительно ценное.
– Соль? – Рослав недоумевающе повернулся к Авиду.