– Ты давай завязывай здесь курить, – неожиданно вспылила я, – Всю квартиру уже прокурил. Дышать нечем. Прямо настоящая дымовая завеса.
– А никто и не сочиняет, – не обратила внимания на наши пререкания Светка. – Я уверена, что я не ошиблась.
– Ты тоже работаешь в салоне интимных стрижек? – не вынимая трубки изо рта, спросил Денис.
– Я артистка, – не моргнув глазом соврала Светка и расстегнула верхнюю пуговицу на блузке.
– В кино снимаешься, что ли?
– Нет, но скоро буду.
– Тогда до встречи на экране.
– До встречи на экране. Когда ко мне будут стоять в очереди за автографами, я обязательно подпишу тебе фотографию по старому знакомству.
Надев штаны, Денис посмотрел на часы и быстрым движением натянул пиджак.
– Мне еще домой нужно заехать.
Как только он направился к выходу, я бросилась за ним следом и подумала о том, что мы должны увидеться в ближайшее время потому, что три тысячи долларов мне вовсе не помешают, а может быть, и потому, что он мне очень сильно понравился. Хотя никогда нельзя смешивать чувства с деньгами. Просто нельзя…
– Ты мне позвонишь? – спросила я запыхавшимся голосом и посмотрела на Дениса так, как смотрит побитая собака.
Денис пристально посмотрел мне в глаза и прислонился своей могучей грудью к моей.
– Как только освобожусь.
Денис дружески чмокнул меня в щеку, затем слегка отодвинул в сторону и вышел из квартиры.
Как только мы остались одни, Светка прилегла на диван и откровенно зевнула. Затем искоса посмотрела в мою сторону и слегка прищурила глаза.
– Послушай, Анька, а ты случайно не втюрилась?
– Что? – Я моментально покраснела и покрутила пальцем у виска.
– А что здесь, собственно, такого? Мужик интересный. В такого любая может втрескаться. Только я бы на твоем месте этого не делала. Он тебя трахнет, и до свидания. Уж поверь мне, трешку баксов за ночь даст тебе не он, а его жена. Никогда не мешай работу с любовью.
– А я и не мешаю, – произнесла я обиженно.
– Вот и правильно. Только глазенки у тебя нехорошо горят. Даже очень нехорошо.
Светка выпрямилась как струна и скрестила руки на полуоткрытой груди.
– Запомни, подруга… Запомни, пока я живая. Мужик это жлоб. Мужика жалеть нельзя, а уж тем более к нему что-нибудь чувствовать! Нет любви и никогда не было! Все это сказочки для дураков! Просто в этой игре один и в самом деле любит, а другой позволяет себя любить. Это француз один сказал, забыла фамилию. Так вот, ты должна позволять. Иначе останешься в конченых дураках. Любовь это беда. А зачем тебе лишняя беда на твою незащищенную голову?! Учись у меня. Никаких чувств! Никаких эмоций! Нужно слушать и любить только себя. Полюби ты себя, в конце концов, и все у тебя получится!
– Ну так нельзя, – закачала я головой. – Ты сама не веришь в то, что говоришь.