— Я читал книги, рассказы разных путешественников и загорелся желанием посмотреть на все это, а не только читать об этом. — Его бледные глаза засветились, а уши встали торчком. — Я изучил каждый отрывок, который смог отыскать о путешествиях, о Путях, об обычаях в землях людей и о городах, что мы построили для людей после Разлома Мира. И чем больше читал, тем яснее понимал, что я должен уйти во Внешний Мир, пойти к тем краям, где мы были, и должен сам увидеть рощи.
— А как же города? — спросил Ранд. Лойал недоумевающе взглянул на него. — Города. Города, которые строили огир. Здешний, например. Кэймлин. Разве не огир построили Кэймлин? Сказания утверждают, что именно они.
Ранд покачал головой. Половина сказаний, с которыми он вырос, были, оказывается, перевернуты с ног на голову.
— Я и не знал, что огир верят в Узор, Лойал.
Ранд рассмеялся и замотал головой.
— Вовсе нет! Наверное, интересно жить долго, как вы, но я никогда об этом не задумывался. По-моему, если я проживу столько же, сколько старый Кенн Буйе, этого хватит любому.
— Он очень старый человек?
Ранд только лишь кивнул. Вряд ли стоит объяснять, что старый Кенн Буйе не так долго прожил на свете, как Лойал.
— Вы во Внешнем Мире.
— Ну, все ведь за годы меняется. Кое-что, во всяком случае.
— Кое-что? Доброй половины городов, о которых я читал, больше нет, а большая часть уцелевших известна под иными названиями. Возьмите Кайриэн. Подлинное название города — Ал'кайр'раиеналлен. Холм Золотого Рассвета. Они его даже не помнят, хотя на их знаменах восходящее солнце.
А роща там... Сомневаюсь, чтобы после Троллоковых Войн за нею ухаживали. Просто-напросто еще один какой-то лес, где рубят дрова. Великие Деревья все исчезли, и никто о них не помнит. А здесь? Кэймлин остался Кэймлином, но они позволили городу разрастись через рощу. Вот от этого места, где мы сидим, до центра рощи и четверти мили не будет, — до того места, где должен был быть центр рощи. Ни одного деревца не осталось! Я бывал и в Тире, и в Иллиане. Иные названия, и никаких воспоминаний. Вместо рощи в Тире — пастбище для лошадей, а в Иллиане роща — королевский парк, где король охотится на оленей, и никому не разрешено входить туда без его высочайшего дозволения. Все изменилось, Ранд. Я очень боюсь, что, куда бы я ни пошел, везде найду то же самое. Все рощи сгинули, все воспоминания исчезли, все мечты погибли.
— Вам нельзя отступить от своего, Лойал. Никогда нельзя сдаваться. Если уступить, то это для вас все равно что умереть. — Ранд как можно глубже забился в свое кресло, лицо его заливалось краской. Он ожидал, что огир посмеется над ним, но Лойал только кивнул с серьезным видом.
— Да, именно таков путь вашего рода, верно? — Голос огир изменился, словно он что-то цитировал.