Автор
В мире олигархов и их играх стоит прислушаться только к Семену Михайловичу, такому же древнему как сам бизнес. Разумовский — человек с глубокими семейными корнями, и его мнение в сложившейся ситуации всегда на высоте.
Но при этом не могу отделаться от ощущения, что разговариваю с обычной ба…, то есть женщиной. Очень испуганной женщиной.
Николай заглядывает в монитор Ангелины, быстро пишет что-то в блокноте. Показывает запись: «еще две минуты».
Судя по мелькающим фото на экране ноутбука, Ангелина уже нашла владельца телефона и собирает информацию. Быстро, умница.
— Вообще-то Чарли сильно испугал ребенка, и меня тоже! С вашей собакой все хорошо, я готова вам ее вернуть, но вы могли бы побеспокоиться и о моем ребенке…
Блин! Опять она про ребенка своего.
Николай уже протягивает распечатку с данными на владелицу телефона. Господи, где Ангелина нашла это все — базу ФСБ взломала? Бегом пролистываю характеристики с работы, сканы документов, информацию о кредитах. Вот, фотографии из соцсетей — с ребенком, с мамой, с каким-то мужиком в обнимку. Обычная молодая женщина, миниатюрная брюнетка с глазами дикой кошки.
Взгляд останавливается на фотографии, где она несет пакет с продуктами и обернувшись с улыбкой смотрит в камеру. Стоп!
— …И вы могли бы проявить больше сочувствия и уважения…
Я почти не слушаю. Неужели, это та самая? Преследует меня, что ли… Быстро пишу записку для Николая: «Я ее видел. Вчера, в меня влетела в магазине». Тот округляет глаза и шепчет Ангелине что-то на ухо.
— …Извиняйся, я сказала!
Она уже орет, я вывел ее из себя. Так нельзя! Если Чарли пропал не просто так, она в любой момент бросить трубку.
«Возможно она не одна. Охрана поехала, держи ее еще 10 минут», — пишет мне Николай.
Конечно, я извиняюсь и делаю вид, что мне страшно интересны подробности этой истории. Если даже эта взволнованная мать не причем, пусть едет охрана. Пока женщина многословно и эмоционально что-то говорит, я листаю ее досье. Вероника Викторовна Семенова, преподаватель иностранного языка в моей школе. Хм… Училась там же, на 5 лет позже меня, поэтому и не помню ее.
Мне снова подсовывают листочек бумаги: «Собаку нашли». Я с облегчением жму отбой.
Еще один звонок:
— Да, Игорь Николаевич, собака здесь.
— Что-то было подозрительное?
— Все спокойно. Скоро будем.
Устало тру глаза. И почему я так морально вымотан? Омерзительно ощущение, будто сделал что-то не так. Взгляд снова останавливают на фото, где женщина смотрит в камеру.
