В мире, управляемом жестокими законами омерты и вендеттами, обычная девушка оказывается в центре кровавой игры мафии. Она сталкивается с влиятельным Кианом Морте и его темными силами, пытаясь выжить в мире, где правят яд и отравляющие узы.
Но я всей кожей ощущаю, насколько он слаб и безволен. Все его действия, и сам факт того, что он бьет женщину, продиктованы страхом и безволием. Но его мозг, скорее всего, слишком крошечный, чтобы понять это. Понять все, что я могла бы ему сказать и ответить. Поэтому я просто окидываю его уничтожающим взором и плюю гангстеру под ноги. Попадаю прямо в начищенный до блеска ботинок, кстати. Все-таки не зря родилась под знаком стрельца. Удивительно, как в таком состоянии, мой мозг все ещё способен генерировать легкость и иронию.
– Тупая, но гордая. Шлюха, – выплевывает он, вновь ударяя меня со всей силы. Шлепок вновь оглушает меня, но боли я уже не чувствую.
– Джон, ты перебарщиваешь. Она уже все поняла. Достаточно, – слышу со стороны более спокойный и уравновешенный голос.
– Да уж, жаль, что пришлось подпортить это личико, Рик, – меня вновь охватывает дикая ярость. Все тело бьет мелкая дрожь, каждую мышцу скручивает в плотные тиски. Сердце вновь переходит на бег, и, кажется, похитителей начинает всерьез заботить мое физическое здоровье.
– Идиот, ты переборщил. У неё истерика, шок. Усыпите её и проваливаем, – короткий приказ приводит меня в ужас. Усыпить?! Прежде чем я успеваю развить мыслительную цепочку, мою вену пронзает тонкая игла, забирающая всю боль и тревоги, отправляющая меня в царство беспокойных сновидений.
И в последние секунды пребывания в сознании, я чувствую, как что-то меняется. Я слышу знакомый мужской голос, и не верю, и с болью осознаю, насколько ожидаемо, что Призрак как-то связан с этой жестокой и больной на голову бандой головорезов в идеальных костюмах.
– Киан, она сопротивлялась. Ты сам сказал – применить силу, – это последнее, что я слышу, прежде чем провалиться в болото неизвестности и забвения.
Просто… девушка, знакомство с которой жгучей стрелой раздробило мою давно заледеневшую грудную клетку – и есть тот самый пресловутый «план Б».
Неизбежность и неминуемость данного факта раздражает, бесит, заставляет комок ярости и гнева застрять свинцовым камнем в горле.
