Воскресный фестиваль поп-музыки уже завтра, но билеты всё таки оттягивают. Я не могу оставаться дома с этими слухами о тайных шоколадках и странных визуальных эффектах. Мама обещала уговорить отца меня забрать к лучшей подруге Келли, чтобы я могла встретиться с восемнадцатилетним юбилеем, но теперь времени не так много!...
Роскошного и баснословно дорогого. Даже среди звезд первой величины на церемонии вручения «Эмми» я чувствовала себя английской королевой.
– Мне понравилось бы больше, если бы за нашими спинами не шептались так громко, – я повернулась к нему и не сдержала упрека: – Ты продолжаешь выставлять меня напоказ.
Беременность протекала на удивление легко: недомогания первого триместра прошли, уступив место незамутненной радости от осознания будущего материнства. Моя фигура еще не отяжелела, но живот прилично выдавал беременность.
– Тебя это беспокоит? – магнетическим шепотом спросил Марк, спуская с плеч тонкие бретельки, освобождая тяжелую грудь от лифа.
– Нет, – честно ответила я. Меня это не волновало. Меня другое беспокоило. Марк демонстрировал мою беременность прилюдно, но дома словно бы не замечал ее. Нет, он интересовался моим самочувствием, результатами осмотров и прилетал из офиса в Джорджтауне ко мне на виллу практически каждый вечер, гораздо реже оставаясь в доме родителей на ночь.
Меня в принципе не волновали слухи и сплетни, невидимым шлейфом тянущиеся за моей персоной, меня пугал сам Марк и его холодное равнодушие ко всему, что имело будущее время.
