Автор
В гостиную заглянула кухня, а затем спальня оставалась пустой. Отсрочка перед важным разговором облегчает душу, но тайна встает на пути мужа. Я изменилась – сложно даже представить. Настоящая сказка осталась после скандала.
Мне вообще похер, кого там она рожать собралась. Не факт еще, что всю эту историю с оплодотворением не выдумала. Я с женщинами плотно взаимодействовал двадцать четыре года уже: были неадекватные особы, что уж тут, но настолько фееричных ебанашек не встречал. Неужели бог реально есть, и он так наказать меня решил? Я убежденный атеист и к религии всегда относился холодно, но иногда прямо удивлялся. Грешен ведь, есть за что божественную пиздюлину выписать. Все, кажется, я накурился, что меня вставило. В доброго сказочника верить начал.
Ладно, хватит рефлексировать. Пора действовать. Первым делом убрал сигареты. Не выбросил, нет, отправил на место. Они часть привычного, а оно мне просто необходимо. Зубы почистил три раза и выпил стакан кефира. Гадость — это курево. Во рту словно кошки нагадили.
Затем удалил видео из телефона Дины. Я знал пароль: она никогда не скрывала. Переписки и звонки не смотрел. Не хочу знать. Просто не хочу. Следующий шаг — деньги.
Больше у меня не было стопроцентной уверенности, что Дина не пойдет в полицию. Нет, я до сих пор не сомневался, что не будет пытаться посадить меня — слишком благодарна мне, не сможет перечеркнуть помощь Матвею, — но использовать, как козырь вполне. Дина и шантаж — слова, которые в одном предложении в принципе стоять не могли, но есть две непреложные истины: благодарная женщина сполна отдает этот долг; никогда не загоняйте женщину в угол.
Я вернул четыре миллиона на расчетный счет «Восток-Запад». Понятно, что в случае разбирательства это вызовет массу вопросов, мягко говоря, но не будет разрыва между приходом и расходом. Вообще, конечно, с хорошим адвокатом от такого рода мошенничества отбиться не сложно. Дина ведь не заявила сразу, никого не проинформировала о произошедшем, банк в известность не поставила — все могло так повернуться, что ей пришлось бы доказывать, что не присвоила общие деньги.
"Под горячим душем стоял долго. Смыть долгий день пытался — не вышло. Я не мог отпустить жену. Не желал отдавать Дину. Но не знал, как удержать рядом. Чтобы любила и доверяла, как прежде. И надо же было прийти, когда Томка ластилась! Вроде не совсем то происходило, но отпираться бессмысленно. Не совладал я с эмоциями. Теперь Дина знала, что женщин, помимо жены, у меня было достаточно. Плохо.
В кровать лег полностью голым.
