Утро тихоокеанского побережья кажется настолько спокойным и умиротворенным, что хочется лишь провести день дома. Прохладный бриз вот уже второй день несет за собой мелкие испорченные вчерашней ночью росы, растворяясь над землей. В таком дожде ни о чём не спрашивают, и каждый может чувствовать себя здесь как дома. Вот именно в этом месте и начинается история, где всё словно тянется, чтобы приоткрыть завесу на тайны прошлого......
– Ого, неплохо – может, я прямо сейчас заскочу к нему, типа как сюрприз, как думаете?
– Сэр, мне надо…
– Вы часом не знаете его адрес? Говорю же вам, денек сегодня просто сбесишься, авиакомпания потеряла мой чемодан с образцами, и у меня завтра две встречи. По-моему, я убирал записную книжку в портфель, но теперь уже точно не знаю, и…
– Вот вам адрес, сэр.
– Огромное спасибо, мэм. Вы очень помогли. И у вас очень приятный голос.
– Спасибо, сэр.
– Вы сегодня вечером свободны?
– Боюсь, сэр, что нет.
– Попытка не пытка, точно?
– Да, сэр.
* * *Я катил к северу уже добрых пять минут, прежде чем услышал какое-то комариное зудение. Тогда-то и понял, что этот звук сопровождал меня с того самого момента, как я отъехал от заправки. В зеркале заднего вида, в некотором отдалении за мной, возник мотоцикл, подергивающийся, словно муха на горячем лобовом стекле. Водитель крутанул ручку газа, и муха выросла в чудище, как в японском фильме ужасов.
Он был уже в двух машинах позади меня и все настигал.
Он висел у меня на хвосте несколько кварталов. Я перестроился в правый ряд. Вместо того чтобы проскочить мимо, он по-прежнему держался позади, пропустив вперед «Форд», полный монашек. Через полмили после Лексингтон-авеню монашки свернули на боковую улицу. Я резко прижался к бордюру и внезапно остановился перед закусочной «Пап’н’Тако».
Я уже повернул к востоку на Уэст-Темпл-стрит, направляясь к Голливуд-фривей, когда услышал его снова. Пока удостоверялся в его присутствии через зеркало, проскочил нужный выезд и остался на Темпл, нырнув под мост, образованный развязкой.
"Я постоянно следил за ним в боковом зеркале. Он катился ко мне – три фута, уже два, – подъезжая к водительской дверце. Одна рука нырнула за пазуху кожаной куртки. Прямо перед моим бампером молодая мамаша катила через дорогу детскую коляску.
