Оказывается, девочка потерялась уже с полчаса, и ее никак не могли найти, а заглянуть в кабинет Ямпольского, конечно, ни у кого мозгов не хватило…
— Она так в прятки играет, Арсен Павлович, — разводил руками двухсполовиной метровый Андрей, — я зае…, в общем, она прячется, а я ее ищу.
— Я попрошу Машу, чтобы она не пряталась в вашем кабинете, — спокойно сказала Эва, беря за руку дочь, и у Ямпольского сразу пропало желание бушевать. Но стоило взглянуть на печенье, он по новой начал заводиться.
— Ладно, идите, — махнул рукой, — и позовите управляющего. Почему у меня не убрали в кабинете? Мышей с тараканами решили разводить?
— Здесь убирали, Арсен, — возразила Эва, надо же, вообще не боится…
— Это я, — вдруг сказала мелкая Машка и вскинула на Арсена свои серые буравчики, — я печеньки положила.
— Доченька, — Эва присела перед дочкой на корточки, — не надо есть у Арсена Павловича в кабинете, для этого есть столовая, а если ты хочешь…
— Это не мне, это ему, — мелкая Машка ткнула в Арсена пальцем, — твоему мужу.
— Арсену? Но зачем?
Ямпольский выпрямился и засунул руки в карманы брюк. Девочка посмотрела на него, потом на мать и, прижав к груди кулачки, с отчаянием в голосе крикнула:
— Ему есть некогда, я сама слышала, а если он умьет? У меня тогда снова папы не будет? Так хоть такой… — добавила она, отворачиваясь от взрослых.
У Ямпольского отвисла челюсть, он посмотрел на Эву, но та лишь ошалело хватала ртом воздух, как рыба.
— Все ясно, я сегодня говорил по телефону, наверное она услышала, — Арсен потер переносицу, — Черт… Я не подумал, что в доме ребенок, и надо фильтровать разговоры. Оставьте нас, — негромко попросил он Нину с Андреем, те тут же испарились, плотно прикрыв за собой дверь.
Арс присел возле Эвы и осторожно повернул к себе девочку. В серых глазах стояли слезы, и Ямпольский некоторое время молчал, пытаясь вспомнить, когда о нем в последний раз плакали.
— Машенька, Арсен совсем не то имел в виду! Так говорят, когда… — начала обяснять дочке Эва, но он ее остановил.
— Маша, — чуть встряхнул, заставляя посмотреть себе в глаза, — давай договоримся так. Я каждый день буду приезжать домой, и мы будем вместе ужинать, ты, я и мама. Я обещаю тебе, что сейчас спущусь в столовую и поем. А чтобы ты была точно уверена, что я не умру… — он взял со стола печенье и старательно его сжевал, — видишь, теперь я точно доживу до ужина. Ты согласна?
Девочка закивала и хлюпнула носом.
— И можешь приходить в мой кабинет, когда захочешь. А теперь иди с мамой, уже поздно, тебе пора спать, спокойной ночи!
— Спокойной ночи! — Маша заметно успокоилась и повеселела.
Эва взяла дочку за руку, и когда они уже подходили к двери, Арсен позвал:
— Эвангелина! Потом сразу ко мне.
Она кивнула и увела ребенка.