Автор
В непринужденной компанией, где каждая знакомься и перебрасывалась парой обязательных вежливых фраз, Ямпольский чувствовал себя как рыба в воде. Но среди множества лиц местной бизнес-тусовки, он оставался чуждым существом, знакомясь с лишь единицей — и то поверхностно. Он из тех, что не нуждаются ни во внимании, ни в посторонних деньгах....
Похоже, «Он тебя не любит(?) (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Казалось, достаточно щелчка, и сила, тщательно сдерживаемая под стальными мускулами, вырвется наружу, вот только что может послужить таким щелчком? И, если уж на то пошло, что вообще происходит внутри этого непонятного мужчины, почему он так смотрит на нее, будто он… виноват?
Машка сидела первой, Арсен протянул руки к девочке, она на миг замешкалась, но все же позволила достать себя из машины.
— Арсен, почему нам с мамой нельзя гулять? — сердито спросила Машка, Ямпольский принял еще более серьезный вид.
— Можно, Маша, но только когда с вами будет охрана.
— С нами был Гена!
— Одного Гены мало для прогулок, сегодня вы ехали в больницу, если бы я знал, что ты хочешь погулять, отправил бы с вами Андрея. Хочешь, можете поехать завтра.
— Хочу! — Машка повеселела и уже не выглядела такой надутой.
К счастью, дочка не слишком вслушивалась в разговор в машине Маркелова. Эва боялась, что у той появятся ненужные вопросы, у самой Эвы, к примеру, их набралось хоть отбавляй. Арсен тем временем опустил ребенка на землю и присел рядом.
— Мария, у нас ведь с тобой был договор, и ты уже даже один раз назвала меня папой, а теперь я вдруг снова Арсен. Я чем-то провинился?
Эве показалось, она ослышалась. Когда это он успел договориться с ее дочерью? И ведь не сказала ничего, хитрюга, выходит, когда она испугалась бегущего Баскервиля, осознанно позвала Арсена? А Машка уже отчаянно мотала головой.
— Неа. Это я провинилась. Бас в больнице из-за меня.
— Ты здесь ни при чем, Маша, Алексей провел расследование, было замыкание в сети, замок открылся, и Баскервиль сам вышел из вольера.
Эве снова испытала муки совести, глядя, как задумчиво ее маленькая девочка кусает нижнюю губу, виновато смотрит на Арсена, а потом кивает и несмело обхватывает его шею.
"Тем временем та уже умчалась к дому, а Арсен повернулся к Эве. И вновь ей показалось, она даже видит эту пружину внутри него. Неожиданно она оказалась впечатана в твердый торс и зажата с обеих сторон как тисками.
