Автор
Женщина, сидящая на кухне, безапелляционно заявляет о беременности своей супруги. Карина чувствует себя растерянной и не знает, как реагировать на мужа, который готов принять новую женщину в своем доме - его любовницу. Это описание создает атмосферу нереализованного желания и драматическую перепады чувств....
Я мог бы сам…
На уровне моего лица появилась широкая ладонь Каблукова, которую он сжал в кулак и сделал вид, что что-то - или кого-то - сдавливает.
- Я мог бы сам, но мы поступим по-другому. Скоро приедет знакомый спец. Выскребем из тебя этого ублюдка.
Волосы на моем затылке зашевелились от того кошмара, в котором я оказалась. Задохнулась вдохом, когда в горле застрял громкий вскрик.
«Выскребем…». Он что, действительно произнес это слово? Выскребем ублюдка?
- Эд… Эдичка, нет-нет-нет, - сходя с ума от ужаса, я стала подниматься на ноги.
Бросилась к Каблукову, схватила его за руку.
- Нет-нет… пожалуйста, - ненавидя себя за то, какой жалкой была в этот момент, шептала мужу. - Я сделаю все, что ты захочешь. Сделаю все!
- Ты уже все сделала! Все сделала, слышишь, тварь?! Какая же ты неблагодарная тва-а-арь!
Он заорал это мне в лицо. Схватил за плечи и тряханул так, что мои зубы клацнули друг о друга. Следом вторую щеку опалило болью от новой оплеухи, и я отлетела в сторону постели. Когда же попыталась подняться на ноги, увидела, как Каблуков выходит из комнаты, а следом услышала звук поворачиваемого в двери ключа.
* * *После звонка Ульяны началась настоящая свистопляска. Мы выходили на завершающую стадию нашей операции по удалению Каблукова из жизни моей любимой женщины.
Все эти недели, когда «Млечный путь» был мною практически брошен под безмозглый паровой каток по имени Эдик, приходилось просто ждать, смиренно снося весь тот ущерб, который Каблуков планомерно наносил моему детищу.
Служба безопасности, давно и прочно сидящая на хвосте у Эдика, так и порывалась ему его накрутить, а еще лучше оторвать к чертям, но долгосрочные перспективы перевешивали удовольствие от сиюминутной расправы.
Я готовил Каблукову глубокую и надежную западню.
Его нападение на меня возле подъезда собственного дома, поджог, а теперь вот и подброшенные наркотики, - все это, подкрепленное железобетонными доказательствами, складывалось в цепочку фактов, способных запереть бывшего мужа Ульяны всерьез и надолго.
"Учитывая гнилую породу Эдика, было логичным выбить его не только по уголовке, но еще и лишить финансовой подушки, по крайне мере, легальной и легко доступной. Я был реалистом и понимал, что даже оказавшись за решеткой, имея капиталы за душой, Каблуков вполне смог бы отравлять жизнь Ульяне.
