Автор
Женщина, сидящая на кухне, безапелляционно заявляет о беременности своей супруги. Карина чувствует себя растерянной и не знает, как реагировать на мужа, который готов принять новую женщину в своем доме - его любовницу. Это описание создает атмосферу нереализованного желания и драматическую перепады чувств....
Дело было даже не в его модельной внешности, которую хоть сейчас в рекламу Кельвин Кляйн или Хьюго Босс. А скорее, в той спокойно контролируемой силе, которую он излучал. Высокий, широкоплечий, с развитой мускулатурой, которую даже не скрывал льняной темный костюм расслабленного кроя. Кожа, тронутая загаром того самого оттенка, который возможно получить лишь отдыхая где-нибудь на Занзибаре или Мальдивах. Волосы светлые, местами красиво выгоревшие до цвета спелой пшеницы. Челюсть резко очерченная и подбородок с едва заметной ямочкой.
Из-за моего поведения и без того неловкая ситуация начинала казаться катастрофической.
- Я, кажется, застряла, - попыталась взять себя в руки и вернуться к своей проблеме.
- Давно говорил Пашке сменить этот замок. - Незнакомец немного отодвинул меня в сторону и подергал ручку заклинившей двери. - Это уже не первая «авария».
Отчего-то мне вдруг сделалось легко и весело и я позволила себе наградить «спасателя» улыбкой.
- А вы здесь работаете? - решила поддержать беседу.
- В некотором роде. «Млечный путь» - один из моих клубов. Теперь самый любимый… - Он улыбнулся уголком красивого рта. - Алексей Вознесенский, но вам можно Леша.
Я сделала вид, что не поняла намека, однако тоже представилась:
- Ульяна, просто Ульяна.
Посмеиваясь, он протянул руку и мне ничего не оставалось, как пожать ее в ответ.
- Так. Где-то здесь была припрятана отвертка, - вырывая меня из тревожных мыслей, сказал Алексей и принялся обыскивать все возможные потайные местечки в холле.
В итоге отвертка и в самом деле обнаружилась, и путем нехитрых манипуляций я была освобождена.
Вынужденный стриптиз не оставил владельца клуба равнодушным. Он, словно загипнотизированный, вытаращился на кружевную резинку мелькнувшего в разрезе чулка, а затем, словно ни в чем не бывало, вновь деловито занялся замком, собирая его обратно.
Мне следовало бы уйти. Я этого и хотела.
