Автор
Женщина, сидящая на кухне, безапелляционно заявляет о беременности своей супруги. Карина чувствует себя растерянной и не знает, как реагировать на мужа, который готов принять новую женщину в своем доме - его любовницу. Это описание создает атмосферу нереализованного желания и драматическую перепады чувств....
Видимо, почувствовав эту реакцию, а может, просто вспомнив события минувших недель, Каблуков медленно открыл мутные ото сна глаза.
- Ты что тут забыла? - сдавив ее ноги словно тисками, потребовал он ответа.
- Так поздно уже, - практически заикаясь, ответила Карина, пытаясь как-то унять дрожь. - Я спать пришла.
- Ты мне кто? - привстав на руках и надвинувшись на нее, вдруг с откровенной издевкой спросил Эдик, чем окончательно запутал.
- К-кто? - только что и смогла, глупо хлопая глазами, переспросить Карина, не понимая, чего он от нее хочет добиться.
- Правильный ответ - никто, колхозница. - Эдик злорадно заржал. - Популярно, для особо одаренных повторяю: ты мне никто! Поэтому встала и пошла отсюда.
Слезы словно сами собой покатились из глаз, хотя Карина изо всех сил старалась сдержаться. Нытья Каблуков не выносил, и как только женщина переставала распылять вокруг себя атмосферу праздника, тут же убирал ее из своего окружения. Исключение делалось, пожалуй, только для Ульяны, но поняла это Карина слишком поздно.
- Ты что, тупая? - в секунду разгоняясь от сонного состояния до настоящего бешенства, заорал Эдик. - Ты чего тут расселась? Пошла вон!
Он внезапно откинулся на подушки и, сгруппировавшись, ногами стал выталкивать Карину из постели. Ее сопротивление было вялым, то ли от шока, то ли от банальной неожиданности."
"Удар о пол оказался несильным, но неудачным. Собственная рука как-то неловко подвернулась и надавила на солнечное сплетение.
Глава 12
- Что-то не так? - тихо, словно Алексей мог услышать даже в душе, спросила Матильда, когда я вернулась обратно на кухню.
Заметила, что моя гостья уже собирается уходить, и это было даже хорошо. Наверно, нам лучше сейчас остаться с Вознесенским вдвоем и обсудить случившееся. Учитывая, что я не сомневалась - к поджогу мог иметь отношение только один человек, а именно Каблуков - очень надеялась, что Алексей не станет держать меня в неведении.
Потому что это касалось и меня в том числе. Пожалуй, даже в гораздо большей степени, чем кого бы то ни было. И потому что ребенок, которого я носила, мог быть зачат от Эда и, в итоге, связать нас помимо моей воли. Даже от мысли об этом передернуло, но я, натянув на лицо улыбку, поспешила заверить Матильду:
- Все нормально. Мы разберемся.
