Автор
Стас чувствует себя чужим даже перед зеркалом. После разрыва с любимой женщиной прошло полгода, но он все еще не встречает девушки рядом. Странная одержимость захватила его, и он боится подглядывать в зеркала из страха узнать себя.
Которые каждый вечер готовят что-то аппетитное и невероятно вкусное, чтобы удивить меня. И просто ждут, когда я вернусь домой.
Бусинка (Кира постоянно так называет Яну, и это «второе имя» прицепилось и ко мне) каждый вечер встречает меня восторженным «Папочка пришел!» и виснет на шее. И сердце замирает, когда я обнимаю МОЮ хрупкую девочку. Никогда бы не подумал, что маленький человечек, пахнущий карамелью и…домом, может вызвать столько счастья внутри такого черствого и непробиваемого меня.
С Кирой немного сложнее – она и рада, что мы видимся каждый день, общаемся, но все равно постоянно настороже.
Мои девочки не знают, но я каждый вечер осторожно захожу в их комнату, сажусь на пол и просто смотрю, как они спят в обнимку. До зуда в ладонях хочу оказаться рядом и прижать обеих так крепко, как только смогу. Но позже. Все будет, надо только дать нам всем время.
Они – мое все. Моя сила. И моя самая большая слабость и уязвимость."
"От работы и мыслей о семье меня отвлекает телефонный звонок. Усмехаюсь, готовый к тому, что сейчас на меня выльется ведро говна.
– Ах ты, ублюдок, – слышу, как только нажимаю клавишу «ответить» и подношу мобильный к уху. – Думаешь, сделал меня, да? Думаешь, такой умный, что смог нагнуть раком собственного отца?!
Усмехаюсь. Раз папаша в таком бешенстве, мой план удался. Отлично.
– Не понимаю, о чем ты, – даже пожимаю плечами, продолжая листать отчет.
Ведь именно я их и организовал.
Его фирма – его все? Дело всей его жизни? То, чем он дорожит больше, чем жизнями родных и близких?
Отлично. Я ее его лишил.
Не своими руками, конечно, нет. Мне этот бизнес ни к чему. А вот его инвестор, Эдуард Вершинин, ооочень в нем заинтересован. И я ему помог получить желаемое. Совсем чуть-чуть.
Просто подсказал, как можно завладеть бизнесом легально и без рейдерского захвата.
Когда-то папаша, наверно, чтобы заманить меня в «семейный» бизнес, подарил мне десять процентов акций компании. Надеялся, что я возглавлю фирму в один прекрасный день, и пытался обезопасить себя и меня впоследствии.
И вот один такой промах и сыграл с ним злую шутку.
Потому что я продал свою долю Вершинину.
