– Тише, все хорошо, – говорит он приглушенно, и даже без гипнотического взгляда заклинание действует обезоруживающе.
Сопротивление исчезает из тела, из мыслей, из души. Одной рукой Дарий перебирает мои волосы, второй нежно поглаживает спину.
– Ты умница, Катюш. И ты правильно сделала, что пришла ко мне. Скажи, пожалуйста, что еще у тебя болит, кроме шеи?
Грудь сдавливает так, что хочется кричать. Ну почему? Почему он это делает? Почему он такой? Я уже и не знаю, хороший или нет, но рядом с ним я чувствую себя…
– Ничего не болит, – лгу наперекор себе, крепко зажмурившись. – Я в порядке, просто немного устала.
Губы Дария прижимаются к моим волосам, а объятия становятся такими трепетными, что меня едва ли не разрывает на части. Сжимаю в кулаках футболку, слезы текут по лицу непрерывным потоком, вскрывая, освобождая и отпуская. Дарий больше ничего не говорит, только баюкает меня до тех пор, пока я не начинаю тихо и размеренно дышать. С приятным расслаблением отмечаю, что теснота в груди почти исчезла, тревожных мыслей нет, а внутренний редактор благоразумно помалкивает.
– Твоя футболка теперь в моих соплях, – слабо усмехаюсь я, беспрепятственно отстраняясь.
– Не страшно, – отвечает Дарий.
– Может, снимешь? Приставать не буду, честно-честно. Только посмотрю.
Дарий широко улыбается и качает головой:
– Ты очень сильная, Катюш.
– Тогда мне и правда лучше уйти.
Затягиваю шнурки на поясе спортивных штанов и завязываю их в бант с длинными ушами. Я легко могла бы принять душ и в своей квартире, переодеться и вернуться к Дарию, но…
Не могу сдержать улыбки и ныряю в ворот мягкого белого свитшота, вдыхая еле уловимый аромат парфюма вперемешку с запахом кондиционера для белья. Протираю ладонью запотевшее зеркало и поправляю волосы. Несмотря на все события сегодняшнего дня, сейчас я чувствую себя почти… счастливой? Наверное, так, и это странно. Правильно ли? Искренне? А может, очередной самообман? Шевеление мыслей сопровождается зудящей болью, и я разгоняю их все, шумно выдыхая. Не хочу думать и анализировать. По-моему, хотя бы один вечер отдыха я точно заслужила.
Возвращаюсь в гостиную, за плавной музыкальной композицией слышится шум посудомоечной машины. Дарий подходит ко мне со стаканом воды и двумя таблетками на раскрытой ладони.
– А вина нет? – хмуро спрашиваю я.
– Успокоительное надежнее.
Недовольно морщусь и забираю у Дария стакан и лекарства, но не спешу их принимать.
– Ты еще в футболке.
Он делает шаг назад, заводит руку за голову и одним рывком стягивает футболку. Приоткрываю рот на удивленном вдохе, в ярком освещении можно разглядеть каждый шрам на смуглой коже и каждую мышцу на широкой груди и твердом прессе. Выраженных кубиков, к сожалению, нет, но я, так уж и быть, это переживу.