Меня это напугало, хотя на самом деле должно было порадовать. Напугало, наверное потому что я слишком много ему уже позволила, и теперь он мог отказаться и не помочь мне.
— Прости, я просто немного нервничаю. — голос тоже задрожал. — Я. раньше никогда не раздевалась ни перед кем и не целовалась ни с кем. И я испугалась.
Он встал и подошёл к кровати, а я параллельно тоже приподнялась и сама не ведая, что делаю отползла в другую сторону, подальше от него.
— То есть ты готова продолжить?
Я киваю, соглашаясь, и не разрываю наш зрительный контакт.
Он ставит стакан на прикроватную тумбу и начинает снимать джинсы. Я зажмуриваюсь и отворачиваюсь от него.
— Что такое? Стесняешься?
— Да, — выдавливаю из себя.
Он поднимает одеяло и залезает под него, сокращая дистанцию между нами. Я сползаю обратно и лежу смирно, боясь повернуться к нему. Дышу снова часто и чувствую, что мои пальцы заледенели и ещё ужасно устали придерживать одеяло.
В этот момент Роман нависает надо мной и начинает ласкать пальцами мои щёки, а после он спускается ещё чуть ниже, и теперь он проводит указательным пальцем контур моих губ. Я затаилась и жду, что дальше, но он молчит и продолжает ласкать меня. В какой-то момент я даже немного расслабляюсь, и его касания становятся приятными. А после он надавливает на нижнюю губу и немного оттягивает вниз. И это было очень интимно. Он наклонился и замер возле моих губ.
— Разрешаешь? — спрашивает, будто в последний раз даёт мне шанс остановить его. Но я и так слишком далеко зашла, чтобы остановиться.
Он единственная моя возможность на будущее.
— Ты меня не обманешь?. Правда, поможешь?.
Он ничего не ответил. Коснулся губ пару раз невесомо, а после начал пробовать меня мягкими и тёплыми губами. Сначала нижнюю, а потом верхнюю и так несколько раз.
— Повторяй за мной, если не знаешь, как целоваться, — прошептал в губы.
Я сделала неловкие попытки повторить, но всё равно не получалось, как у него.
— Почему у тебя губы влажные, а мои сухие? — тихо спросила, искренне не понимая, что не так делаю.
Он хрипло усмехнулся.
— Оближи свои губы, и твои тоже будут влажными, — ответил, задевая своим носом мой. — Ну же, будь смелее, девочка, назад пути уже всё равно нет.
Он, как змей-искуситель, управлял мной. Я начала забываться. Его руки гладили мой живот, он будто потихоньку приручал меня, чтобы я не боялась. И это сработало, видимо, потому что я расслабилась и чувствовала, что мне нравится то, что он делает.
