Психолог с опытом почти двадцати лет, кресло-лежака на письменном столе в уютной атмосфере ее кабинета, девушка безреакивно смотрит на часы, словно трансформируется в манекен. Важная информация скрывается за внешней холодности, и психолог чувствует глубокую необходимость вывести эту женщину из состояния внутреннего замысел....
Васеля встречали с пиететом, а на Владу смотрели со смешанным чувством удивления, интереса и голода. Он не мог этого не заметить, нахмурился, но в то же время усмехнулся:
– Мои подопечные никогда не видели тут женщину.
По ее телу пробежала теплая волна. Она была первой, кого он привел сюда…
Они зашли внутрь здания, действительно, жилой дом был переоборудован в офис.
– На первом этаже мой кабинет и комната обеспечения. Так мы ее называем. Там некоторое оружие, самая малость… И кухня, где без перерыва заваривают матте и забивают кальяны.
И все же некая холодная отстраненность в его голосе и поведении присутствовала. Связано ли это было с их последним разговором, а может, с этим местом… Разумеется, он должен был быть здесь другим… Жестким, властным, опасным…
Что её интересовало? Он подходил ко всему как -то подчеркнуто – формально.
Сухо пожала плечами. Он задержал на ней свой пристальный взгляд, но ничего не сказал…
– Пойдем в кабинет.
Зашли в красивый просторный зал с огромным столом по центру в конце комнаты. Над ней висел сирийский флаг и портреты членов его семьи – отца, деда, нынешнего президента. Кабинет был полностью деревянным, с коричневыми кожаными креслами, диванами и несколькими журнальными столиками. Идеальное место для типичных мужских посиделок, которые так любили сирийцы.
– Ну, как тебе? – спросил он, видя, что девушка осматривается.
– Основательно, – она не знала, что тогда происходило с ней.
– Лейс, – громко позвал он своего охранника. Тот быстро заглянул через дверь, – принеси мне и анисе (араб. – обращение к незамужней девушке) выпить. – Что будешь? – обратился он к ней на ходу. Влада пожала плечами, дескать, все равно, – два зхурата (араб.
