Психолог с опытом почти двадцати лет, кресло-лежака на письменном столе в уютной атмосфере ее кабинета, девушка безреакивно смотрит на часы, словно трансформируется в манекен. Важная информация скрывается за внешней холодности, и психолог чувствует глубокую необходимость вывести эту женщину из состояния внутреннего замысел....
Все мы вечно ищем, жаждем и требуем невозможного у вселенной, мужчин или самих себя…
– Кейфик (араб. – как ты?)? – спросил он, быстро закончив свой разговор по мобильному и подойдя к девушке, припав лбом ко лбу. – Кунт таабана ктир (араб. – была очень уставшей).
– Тамам (араб – все ок). Много я спала?
– Часа два, два с половиной…
– Да уж, ужас…
– А ты слишком впечатлительная, хабибти. Нельзя быть такой… – он опять откинулся на диван и руками стал привлекать ее к себе. – Тааль (араб – или сюда).
Она устроилась в уюте его рук.
– Почему ты называешь меня хабибти? – не выдержала Влада…
– Потому что ты моя хабибти. Перестань задавать глупые вопросы…
Девушка прижалась к нему сильнее, но так и не поняла, вкладывает ли он в это слово тот смысл, который хотела услышать она…
Глава 24
Они провели очередную сумасшедшую ночь вместе, заснули только на рассвете…Вымотанные, удовлетворенные, покрытые испариной и пропитанные запахом друг друга.
Утро выдалось свежим, но солнечным.
Не спеша попивали кофе, как вдруг он выдал:
– Я лечу сегодня вечером в Москву, хабибти, – перехватил Владину руку и приложил ее к губам.
– В Москву? – почему – то по спине пробежал какой – то неприятный озноб. Она совсем забыла про Москву. Москва казалась ей теперь какой – то далекой планетой, живущей в совершенно другом ритме, отличном от биения ее сердца рядом с этим мужчиной.
– Есть важное дело, – ответил он, и лицо его стало мрачным, – нужно разорвать договор, условия которого меня больше не устраивают.
– Почему не отправить кого – нибудь из доверенных лиц? Адвоката? Это ведь безопаснее. Тебе не следует сейчас покидать регион, мало ли что. Иностранные агенты…
Он улыбнулся и приложил свой палец к ее губам. Нежно, но в то же время повелительно.
– Хабибти, это важный договор для меня, я должен разобраться с этим сам. Пару дней. Максимум – неделя. И я снова буду рядом. Теперь я буду рядом с тобой постоянно.
