Психолог с опытом почти двадцати лет, кресло-лежака на письменном столе в уютной атмосфере ее кабинета, девушка безреакивно смотрит на часы, словно трансформируется в манекен. Важная информация скрывается за внешней холодности, и психолог чувствует глубокую необходимость вывести эту женщину из состояния внутреннего замысел....
Эта местность была достаточно зелена для Сирии благодаря близости воды – здесь брала свои истоки река Барада.
– Ну как тебе? – спросил он с энтузиазмом.
– Мне понравилось, Васель. Ты действительно прекрасный учитель, – Влада ответила искренне. За этот час с небольшим она, казалось, полностью избавилась от страха перед лошадьми. По крайней мере, сейчас она чувствовала себя очень органично.
Они повернули обратно и достаточно быстро добрались до того самого стеклянного здания, где Васель ждал Владу по приезду.
– Ну а теперь пойдем и поговорим.
Глава 6
Зашли в одну из комнат, оказавшуюся кабинетом. Интересно, сколько у него кабинетов, – пронеслось в голове у Влады. Стройная субтильная девушка, бесшумная, словно призрак, занесла им два арабских кофе и так же незаметно удалилась. Как только она закрыла за собой дверь, Васель начал.
– Перейдем к делу, Влада. Скажу честно, меня мало интересует общение с журналистами и твой профессиональный успех при всей моей симпатии к тебе как к личности.
Кровь прилила к лицу девушки.
– Но как ты могла заметить, я трачу на тебя свое время, что делаю крайне редко при отсутствии очевидной выгоды для себя. Думаю, ты не маленькая девочка и даже при всем недостатке опыта, причина тебе понятна.
Влада молчала. Казалось, мозг застыл в тревожном ожидании.
– Просто я хочу тебя, Влада, – тихо и вкрадчиво произнес он. Впервые без улыбки за этот вечер, – с того дня, как увидел.
Он явно ждал ее реакции.
– Я говорю с тобой прямо, потому что это естественно, –тихо и отчетливо продолжал он, после чего в комнате снова повисло молчание, но Влада так и не стала его нарушать.
– С чего ты взял, что все это мне интересно? – Она целенаправленно сделала ударение на своих последних словах, – извини, но ты не отличился особой оригинальностью, заявив мне, что питаешь ко мне.
Он засмеялся. Громко, звучно. Так, как смеются над шалостью ребенка или выходкой смышлёного питомца… Она его… забавляла…
– Я не простак, Влада. И ты тоже. Я знаю. Я вижу. Я чувствую, – сказал он во властном и даже повелительном тоне, – ты закрыта.
