Дорога скользкая, на трассе темно, — положив руку на его плечо, тревожно сказала я.
— Ты призналась, что Софа его дочь?
— Нет, — ответила я и вспомнила взбешенный взгляд Артема. И его тон, от которого застыла в жилах кровь.
— Ты ничего мне сказать не хочешь? — спросил он и сжал мою руку. — Говори правду, или я тебя по судам затаскаю, Белкина!
В этот момент в туалет зашли гости и я, отдернув руку, выскочила под шумок.
— Если будет настаивать на ДНК экспертизе, соглашайся. У меня везде есть свои люди. Будет ему экспертиза! — злобно выплюнул Кирилл.
— Да какая экспертиза, о чем ты? — усмехнулась я. — Родимое пятно — вот тебе и все экспертизы. Ему больше ничего не требуется для установления отцовства.
— То есть ты собираешься сознаться, что Софа его дочь? — Кирилл с возмущением обернулся на меня.
— А ты предлагаешь мне крутиться как уж на сковороде, доказывая ему обратное? Ну он же не дурак, — фыркнула я. — Судя по его настрою, не отступится. Вывернется наизнанку, чтобы доказать отцовство. Только не понимаю, зачем ему это? — пожала плечами я. — Мало одного ребенка?
— Так вот и облегчи всем задачу, — раздраженно изрек Кирилл. — Настаивай, что это мой ребенок.
— А зачем мне эта нервотрепка? — возмутилась я. — Знаешь, я тоже не желала, чтобы Артем узнал о ребенке, но теперь, когда это случилось, я не стану врать. Бегать по судам и экспертизам — тем более. В конце концов, это ничего не меняет в наших с тобой отношениях. Отец не тот, кто зачал, а тот, кто воспитал.
Кирилл только открыл рот, чтобы явно возразить мне, как нас стремительно обогнала машина Артема.
Он проехал несколько метров вперед и резко развернулся, окатив дорогу фонтаном из снега.
Кирилл включил левый поворотник, чтобы объехать его по встречной.
— Остановись! — скомандовала я.
— Ты хочешь поговорить с ним прямо здесь — на трассе?
— Останови машину, Кирилл! — повторила я и, прищурившись, злобно посмотрела на машину Романова.
Кирилл нехотя свернул на обочину и заглушил мотор.
Я застегнула шубу, уверенно тряхнула волосами и открыла дверь. Кирилл тоже открыл свою.
— Останься в машине, — попросила его. — Хочу поговорить с ним с глазу на глаз.
— Кирилл! — прикрикнула я. — Прошу, останься с Софой. — Я обернулась на спящую дочь и, набрав полную грудь воздуха, вышла из машины.
Артем тоже вышел, увидев меня. Выпрямил плечи, расставил ноги в стороны, сунул руки в карманы куртки — его любимая поза, когда предстоит выяснять отношения.
Я шла к нему быстро и уверенно.
