Автор
Слушая рассказ Лиды о том, как она узнала о ребенке своего мужа, Милена не верит своим ушам. Но когда женщина объясняет, что это не благотворительность, а спасение от гибельного диагноза, Милена начинает понимать страшную правду: ее семья готовится к разрушительному с变革. Она никогда не думала, что когда-то такое случится с ней, но теперь все кажется слишком реальным и невероятным одновременно....
Курилов тяжело опустился на неё, а я не могла справиться с собой – всё оглядывалась на двери парадной в страхе, что из них вот-вот появится Лида.
– Она не придёт, – видимо, заметив моё волнение, сказал Арсений. – Нужно позвонить Сергею. Этот идиот сообщил мне, что Лида вышла из клиники, когда это уже случилось.
– Почему они её отпустили? – обхватив себя руками, потому что по телу прошла волна озноба от слов Курилова, спросила я.
– А почему должны были держать? Это не мои слова – Нефёдова. Лида ничего не сотворила, лечилась добровольно, как только наступили улучшения – держать её и дальше в клинике не стали.
Опустившись рядом с Куриловым, я прикрыла глаза и невесело усмехнулась.
– Да уж… Улучшения.
– Кто ж знал, что она пойдёт на такое? Уверен, Сергей именно так нам и скажет, – Арс тоже ухмыльнулся.
– Ты знал. Иначе бы тебя не было сейчас здесь, – ответила я и, чуть сжав ледяными пальцами руку Курилова, добавила: – Спасибо.
– Глупости. Это моя вина, что всё так вышло, – запротестовал Арсений.
Я нахмурилась, когда вспомнила сказанные им три слова «Она не придёт». Но уточнить, что именно имел в виду Курилов, не успела – вдалеке послышались отзвуки полицейских сирен. Хотя, наверное, глупо было расспрашивать о том, что являлось очевидным, но что заставляло меня гнать от себя ужасающие картинки произошедшего.
А потом нас закрутило в бешеный водоворот, в котором только и хватало сил, что на жадные глотки воздуха. Но который принёс мне то, чего я так давно жаждала – ощущение избавления.
– Да уж, вот и съездили на ужин, – усмехнулся Борис, когда мы с ним сидели в его машине и пили остывший кофе.
За окном уже вовсю властвовало раннее утро. Я была измождена и мне хотелось лишь одного – тупо смотреть прямо перед собой и ничего не делать. Даже на то, чтобы отвечать, сил не имелось.
Ночь вымотала до предела. Бесконечные показания, какие-то документы, которые я уже готова была подписать не глядя, но которые пристально изучал Миронов, вызвавший на место преступления своего адвоката.
Да, они так и говорили – место преступления. Только я никак не могла уяснить, кого считают виновным – Лиду, которая на меня напала, или Арсения, который неудачно спихнул её с лестницы, да так, что шея Нефёдовой сломалась аж в трёх местах?
Наверное, всё же Лиду, ведь именно она продумала всё это. Стащила ключи Курилова, а он даже не хватился. Усыпила бдительность Сергея, что был способен забить тревогу, если бы она сбежала.
