Автор
Слушая рассказ Лиды о том, как она узнала о ребенке своего мужа, Милена не верит своим ушам. Но когда женщина объясняет, что это не благотворительность, а спасение от гибельного диагноза, Милена начинает понимать страшную правду: ее семья готовится к разрушительному с变革. Она никогда не думала, что когда-то такое случится с ней, но теперь все кажется слишком реальным и невероятным одновременно....
Он был довольно простым и в предыдущие пару раз, когда я подходила к телефону, мне ответом было лишь молчание вперемежку с дыханием в трубку. Фанат какой-то у нас завёлся? Или личный маньяк?
Хихикнув чуть нервно от этих мыслей, я всё же решила подойти к телефону и, если бы разговор закончился тем же, что и до этого, внести номер в чёрный список.
– Алло! Алло! – Снова дыхание и молчание на том конце связи. – Алло! Говорите, пожалуйста, вас не слышно! Или перезвоните, очень плохая связь.
Что и требовалось доказать.
Итак, отбой, и чёрный список. Решено. Я почти отняла трубку от уха, когда, наконец, услышала голос:
– Здравствуйте. Меня зовут Лида…
Нахмурилась, припоминая знакомых с таким именем. Их в наличии не имелось.
– Здравствуйте. Я вас слушаю.
Возможно, это была какая-нибудь рекламщица, которые в последнее время частенько со мной связывались. Ну, или, что вероятнее, та, которая рассматривала наш с мальчишками блог в качестве площадки для старта развития своего канала.
– Моя дочь больна. Мне нужна ваша помощь.
О, понятно. Такие персонажи тоже нередко обращались ко мне и в основном просили денег на лечение не своих детей. К благотворительности я относилась очень положительно, но предпочитала заниматься ею адресно. И помогать только тем людям, которых знала лично или через хороших знакомых. Так пользы от моих скромных вкладов было в разы больше.
– Я не занимаюсь благотворительностью, – мягко ответила Лиде. – Я блогер.
На том конце связи снова замолчали. Господи, казалось, я уже могу узнать эту тишину по тону.
– Я не нуждаюсь в благотворительности. Прошу вашей помощи, Милена. Потому что отец моей дочери – ваш муж.
Почудилось, будто эти слова упали мне на голову и плечи многотонными плитами. Я стояла оглушённая, ничего ровным счётом не понимающая. Раздавленная.
– Простите, что? – только и смогла хрипло выдохнуть, а у самой в голове вопросы зароились.
«Сколько лет этой самой дочери?»
«Могло ли случиться так, что она родилась до того, как мы с мужем познакомились?»
«Почему, чёрт побери, он её от меня скрывал?»
«Почему я не положила трубку, а стою и слушаю эту женщину?»
– Отец моей дочери – ваш муж, – повторила Лидия спокойным тоном. – Я прошу вашей помощи не для себя. Для моей девочки. Ей семь. Я не хочу, чтобы она умерла."
"На последних словах голос её сорвался и она застонала.
