Автор
Слушая рассказ Лиды о том, как она узнала о ребенке своего мужа, Милена не верит своим ушам. Но когда женщина объясняет, что это не благотворительность, а спасение от гибельного диагноза, Милена начинает понимать страшную правду: ее семья готовится к разрушительному с变革. Она никогда не думала, что когда-то такое случится с ней, но теперь все кажется слишком реальным и невероятным одновременно....
Вокруг липким ощущением, сжимающим все внутренности, колыхались признаки минувшего. Они были связаны со мной, они мною владели… Я даже сны начала видеть, как несчастная девочка, вся сотканная из чего-то призрачного, едва живого, витает надо мной, пока я сплю."
"Во всём этом истинным спасением были самые простые вещи. Мы с сыновьями начали записывать в блог видео-мукбанги. В том первозданном виде, когда на камеру поедалось огромное количество пищи, что сопровождалось соответствующими звуками, естественно, этот формат мне не нравился.
Разумеется, первоначальным успокоительным фактором стали результаты исследований Ярослава. Судя по ним, у моего сына не имелось никаких ужасающих диагнозов, и я могла выдохнуть спокойно. По крайней мере, пока.
– Мам, а папа надолго придёт? – спросил меня Вовка, который помогал раскладывать продукты в холодильнике.
Я вздохнула. Знала, что для близнецов тот факт, что их отец не приезжает домой, а сейчас существует в неком гостевом режиме, был слишком тревожным. Но пока они не настолько повзрослели, чтобы рассказывать им всё, ничего не скрывая.
– Ненадолго, Вов… У папы сейчас много дел, я говорила. И проектов тоже много.
– А после того, как он их все сделает, станет опять жить с нами, как раньше?
Наивный вопрос ребёнка отозвался внутри уколом, попавшим точно в сердце.
– Мы с папой обязательно поговорим с вами об этом вдвоём. Не сегодня, потому что у нас с твоим отцом серьёзный разговор. Но чуть позже. Хорошо? Обещаю – ничего скрывать не станем.
Вовка смотрел на меня так, как порой не смотрят даже дети постарше. И вдруг выдал:
– Ясно… Катьке с площадки тоже примерно такое говорили, а потом их папа исчез.
Когда он сказал это, у меня внутри всё скрутило жгучим спазмом. Но показывать сыну, насколько сильно эмоционирую в ответ на его слова, означало взять и попросту разрыдаться.
– Папа никуда не исчезнет, – заверила я Вову уверенным тоном.
– Это тоже обещаешь? – тут же откликнулся он и потянулся ко мне, чтобы обнять.
– И это – обещаю! – торжественно пообещала и прижала сына к себе, совершенно не уверенная в том, что могу ручаться за Курилова.
