Лучше уж переждать морское волнение здесь, в относительной безопасности, не трогаясь с места. Что-то подобное однажды уже случалось с Белкой – в пустыне, в период короткого цветения саксаула. Она отправилась за красными веточками, чтобы подарить их маме, – и заблудилась. То есть это папа и Байрамгельды решили, что она заблудилась, и полдня искали ее. А Белка ни капельки не волновалась, перескакивала с бархана на бархан, показывала язык ящерицам и одиноким заполошным скорпионам и едва не поймала за хвост лисицу-корсака. А потом устроилась под саксаулами передохнуть – тут-то папа и нашел ее. Белка долго не могла понять, почему папа так обрадовался – как будто не видел ее полгода. Она правильно поступила, что не сунулась дальше в пустыню, а осталась под защитой саксаулов, сказал папа. И вообще – Белка молодец!
А сейчас она никакой не молодец.
Но и подсказывает путь к спасению тоже.
Для этого достаточно обернуться в сторону, прямо противоположную бухте: за валуном, на котором она сидит сейчас, скрывается еще один и еще – что-то вроде пологой лестницы, ведущей неизвестно куда. Почему бы не спуститься по ней?
Так Белка и поступила – и через минуту увидела темный провал в скальном монолите: наверное, это один из гротов, о котором рассказывал Шило. Ух ты!.. Если Шило побывал здесь, то почему бы Белке не повторить его путь? Тем более что каменные, плохо подогнанные ступени ведут именно туда.
Через минуту она оказалась под сводами грота, и это место не особо понравилось ей. Здесь было темно, почти как в расщелине скалы на пляже, и сильно пахло гниющими водорослями. Но ступать по ним было не в пример приятнее, чем по острым камням. И волны, так испугавшие Белку, потеряли свою силу. Они едва доходили до грота, защищенного толстыми подушками из тины. Зато звуков прибавилось, и они стали резкими и очень громкими. Белка немного попрыгала на тине, а затем сделала несколько шагов вглубь. И замерла от ужаса.
Прямо перед ней, зарывшись лицом в водоросли, лежал Лазарь.
Она сразу узнала его по сандалиям. Правый носок Лазаря сморщился и сполз с пятки, а шорты были мокрыми, так что сразу определить их цвет не получилось: синий? зеленый? синий? зеленый?
Белке почему-то очень важно знать цвет. Не синий, не зеленый – значит, это не Лазарь, хотя сандалии говорят об обратном. Кто из них лжет и притворяется? Наверняка сандалии, – это они пытаются выдать за Лазаря кого-то другого, никогда не игравшего в шахматы, не знающего, кто такой Вазургмихр. Море за Белкиной спиной утробно зарычало, и этот рык так испугал девочку, что она упала на колени – рядом с тем, кто никак не может быть Лазарем.
Собрав волю в кулак, Белка перевернула тело – не так уж легко это сделать.