В ночь, когда дождь колышет зазеркальные стекла, выходит из-под чашки с утренним кофе нечто невообразимое и властное — ОНО. Это короткое описание начинается через двадцать восемь лет после Наводнения, когда мир кажется бесконечной тайной без роковой бумажной игрушки. Атмосфера наполнена дрожью и неуловимым ужасом, окутающим каждого, кто осмелится взглянуть на это загадочное явление....
— Ты это, смотри, полегче. Не надо так выражаться, — заметил Хагарти офицер полиции Гарольд Гарднер, один из четырех сыновей Дейва Гарднера. В тот день, когда Дейв обнаружил безжизненное однорукое тело Джорджа Денбро, Гарольду Гарднеру было пять лет. Теперь же, спустя почти двадцать семь лет, ему шел тридцать третий год, и он уже заметно полысел. Гарольду были понятны горе и боль Дона Хагарти, но в то же время он никак не мог относиться к нему серьезно. Этот парень — если, конечно, его можно было назвать парнем — красил губы помадой, а его сатиновые штаны до того плотно облегали ноги, что просматривались складки на причинном месте.
— Начнем сначала, — сказал Джеффри Ривз, сослуживец Гарольда. — Вы оба вышли из кафе «Сокол» и повернули к Каналу. И что дальше?
— Сколько раз еще объяснять вам, идиоты! — вновь вскричал Хагарти. — Они убили его. Бросили через парапет в Канал. — И он зарыдал.
— Давай по новой, — терпеливо повторил Ривз. — Ты вышел из кафе «Сокол». И дальше?..
2
В соседнем кабинете двое полицейских допрашивали семнадцатилетнего Стива Дубея. Наверху, в кабинете, где обычно оформляли завещания, допрашивали восемнадцатилетнего Джона Гартона по кличке «Паук», а в кабинете начальника полиции, на пятом этаже, сам шеф Эндрю Рейдмахер, а также помощник прокурора Том Бутиллер снимали показания у пятнадцатилетнего Кристофера Анвина. Анвин, в потертых джинсах, засаленной тенниске и ботинках на толстой подошве, с тупыми носками, хныкал.
— Начнем сначала, — сказал Бутиллер в точности, как двумя этажами ниже в то же самое время говорил Джеффри Ривз.
— Мы не хотели его убивать, — захныкал Анвин. — Это все шляпа. Мы не думали, что он опять наденет ее: Паук ведь его предупреждал. Мы просто хотели его слегка припугнуть, вот и все.
— После того что он предложил? — подсказал Рейдмахер.
— Да.
— Джону Гартону семнадцатого числа?
— Ну да, Пауку. — Анвин снова заплакал. — Но мы пытались его спасти, когда увидели, что его дела плохи. Во всяком случае, я и Стив Дубей. Мы не хотели… не хотели его убивать.
— Брось, Крис. Не вешай нам лапшу на уши, — сказал Бутиллер. — Вы ведь сбросили этого голубого с моста в Канал.
— Сбросили, но ведь…
— И все трое пришли облегчить душу чистосердечным признанием.
