– По брачному договору наследник в обмен на часть компании. Я хочу родить тебе ребёнка, чтобы выполнить условие и получить свою полную часть.
Я замираю, минуту переваривая её слова. Да ну нахрен…
– То есть, – поднимаюсь, – ты решила родить ребёнка, оставить мне его, выполнив условие, получить развод и свой кусок? Я правильно понял?
– Именно так.
– А тебе неинтересно, как и кто будет воспитывать этого самого ребёнка? – Я, конечно, знал, что с понятием «моральные ценности» у Лики туго, но не до такой же степени…
– Твой ребёнок – ты и воспитывай.
Мне дети не нужны. Отцом у нас хочешь стать ты. Мне всё равно, что будет дальше с твоим наследником. Для меня важны развод и доля в компании. И деньги, конечно, которые ты мне выплатишь после развода, – скрещивает руки, смотрит в ожидании.
Мля, она ведь сейчас серьёзно! Мне почему-то вспомнилась Василиса, которая столько лет мечтала о ребёнке, стремилась к этому. Она бы точно так не сделала, никогда.
– И ты ничего не будешь испытывать, оставив своего малыша? – уточняю, потому что надеюсь, что хоть какие-то мозги у Лики остались.
– Нет. Мне всё равно.
– Знаешь, – нависаю над ней, – даже «мразь» – слишком мягкое определение для тебя. Пошла вон, – цежу сквозь зубы, – и сделай так, чтобы не попадаться мне на глаза. Совсем.
Разворачиваюсь, чтобы пройти в душ и смыть с себя всё дерьмо, которое налипло, пока я разговаривал с Ликой.
– Тебе что, больше не нужен наследник? – кричит она мне вслед.
Нужен, дорогая жена. И он у меня уже есть.
И женщина, которая станет прекрасной матерью тоже есть. Осталось немного – избавить от опостылевшего брака и жениться снова.
Дверь спальни с грохотом закрывается, и я облегчённо выдыхаю. М-да, конструктивного диалога не получилось…
Если раньше я мог общаться с Ликой спокойно, равнодушно принимая все её высказывания, то сейчас она мне в который раз доказала, что абсолютно всё в своей жизни конвертирует в деньги. Даже ребёнка готова родить, чтобы получить полную долю. Не желаю связывать себя с ней ничем.
Даже готов раздербанить компанию, чтобы развестись. Пора заканчивать этот цирк.
Стою под душем, расслабленно подставив лицо под упруги струи. Вспоминается наша ночь с Василисой в номере отеля. Она, откровенно разглядывающая моё тело, рваный выдох и томное «ещё».
Я бы сейчас всё отдал, чтобы услышать это «ещё». При одном лишь воспоминании о ней тело откликается острым возбуждением, желает горячей близости с принцессой. Хочу в неё.
