Автор
Верный синоптик Леон Аристидес не ошибся: начало путешествия встретило жестоким моросящим дождем. Следуя письму от знакомого юриста, он вылетел из Афин прямо на утреннюю пробку в Лондон. Опаленная судьбой история подстерегала его там — и Леон не знал, сможет ли он вернуться домой целым....
— Я хочу знать все твои секреты.
Хелен еще раз оглядела беспорядок и виновато поморщилась.
— Я попросила Анну подобрать мне комнату для студии. Она не знала, что я собираюсь здесь спать.
— Конечно, не знала, — протянул он, вынося ее за дверь. — Анна безнадежный романтик, и не вижу смысла ее разочаровывать. — Он взглянул на покрасневшее лицо Хелен. — К счастью, мы с тобой лишены иллюзий. Правда?
— Не знаю, что ты имеешь в виду, — пробормотала она, поправляя полотенце на груди.
Пройдя через холл, Леон внес жену в «хозяйскую» спальню.
— Анна верит в брак по любви. Возможно, поэтому сама никогда не была замужем, — его темные глаза сузились. — Однако у нас с тобой есть нечто большее, чем любовь. — Страстный любовник минуту назад, сейчас он смотрел на нее холодным насмешливым взглядом. Почему он такой бессердечный? — У нас есть ребенок, о котором мы должны заботиться, и еще кое-что.
— Секс, — догадалась она.
— Не суди строго. Хороший секс гораздо лучше, чем скучная и тягостная любовь, но не всякая женщина с этим согласна.
— У меня небольшой опыт. Делия постоянно повторяла, что мужчины клана Аристидес всегда имели послушных жен и бессчетное количество любовниц.
— К черту Делию! — сорвался Леон. — Ее голова всегда была полна странных идей, доведших ее до гибели, как и нашу мать.
— Твою мать? — насторожилась Хелен.
— Ты плохо знаешь нашу семью, милая. — Леон цинично усмехнулся. — Может, пришло время услышать правду. — Он усадил ее на кровать рядом с собой.
— Неужели, — фыркнула Хелен.
— Мой отец никогда не винил Делию в смерти матери. Если кто и виноват в том, что она совершила самоубийство, так это я.
— Ты? — Хелен открыла рот от изумления.
— Да. После моего рождения она тронулась умом. — Кривая улыбка перекосила его лицо. — Многие года мама провела в клинике. Как ты думаешь, почему между моим рождением и рождением Делии прошло пятнадцать лет? — Не дожидаясь ответа, он продолжал: — Мой отец боготворил мать. Один хороший специалист, которого он нанял, поставил диагноз: послеродовая депрессия. Папа боялся ее потерять и больше не хотел детей. Затем диагноз сняли. — Леон уронил руки на колени.
