Автор
В Опаленных мечтах Нева Олтедж предлагает читателям вглядеться в мир, где взломщики становятся легендой. Сюда завозят запутанные проблемы и крепкие замки с их тайными скрытыми дверями. Автор создает атмосферу изощренной остроты и опасности, где каждое движение подчиняется наитию и ловкости. Сюжет ведет к непредсказуемым поворотам, заставляя зрителя задуматься о доброте и справедливости....
Но Рокко отобрал у меня телефон и запретил разговаривать с кем-либо, кроме домработницы и горничных. Единственные, с кем мне разрешалось видеться, — это мама и брат, но встречи проходили под надзором. Рокко настаивал, чтобы я ходила на маникюр или за покупками, так как люди могли счесть подозрительным, что я не выхожу из дома. Так они бы ничего не заподозрили бы. Когда бы ни выходила из дома, меня всегда сопровождал Рокко или его телохранитель. Я не могла ни с кем пообщаться, так как находилась под постоянным наблюдением — связана по рукам и ногам.
Рокко любил таскать меня на ужины и вечеринки с другими членами «Коза Ностры», где всегда было много народу. Я надеялась, что кто-нибудь поймет, что происходит, но этого не случилось. На людях Рокко был очень осторожен, не поднимал на меня руку в присутствии посторонних и при свидетелях никогда меня не обижал.
Месяц спустя я решила, что нужно выбросить из головы все надежды и спасаться самой. У меня не было рыцаря в сияющих доспехах. За меня никто не заступится.
В одной записке я написала маме попросить мою лучшую подругу детства Меланию купить мне несколько поддельных таблеток виагры.
Из открытой балконной двери до меня донесся шум листьев, сминаемых под колесами. Я скомкала мамину записку и положила в карман, намереваясь выбросить позже.
Надо успеть сделать работу.
— Отчитайся за вчерашний день, — кричит Рокко, как только вхожу в его кабинет.
— Все по плану, — отвечаю я. — Покупки. Обед. Поездка к ее матери. Возвращение в особняк.
Рокко хмурит брови и склоняется над столом, явно не в восторге от моего рассказа.
— Прошу говорить конкретнее, Дзанетти.
