Автор
Глава 1 — Голова раскалывается, и больничный мир кажется мрачнее обычного. Жаркие воспоминания останутся за пределами палаты: операция прошла успешно... а затем пришло затишье — черная бездонная вакуум. Вновь возникает лишь яркая вспышка страданий, и страх уносится вместе с ночной тьмой, окутавшей больную пустоту на краю севера....
– Я спрашиваю, что здесь происходит? – повторила, делая шаг вперёд.
Толстяк выпрямился, пытаясь казаться внушительнее.
– Всё по закону, госпожа. Эта старуха уже третий месяц не платит за дом. Я человек терпеливый, но всему есть предел!
– Её сын… пропал – попыталась объяснить служанка. – Она не в себе после этого.
Я сказала, что её сына больше нет. Но бедная женщина всё равно считает, что Лудде пропал? Видимо, она построила стену отрицания вокруг своего сердца, непроницаемую, как крепостной вал – ни слёзы, ни мои слова, ни даже время не способны её разрушить.
– А мне какое дело? – хмыкнул мужчина. – Закон есть закон!
В глазах матери Лудде застыло безысходное отчаяние.
– Сколько она вам должна? – спросила я, чувствуя, как сжимается сердце.
Мужчина прищурился, а на уголках губ появилась гаденькая ухмылочка.
– Восемнадцать серебряных, госпожа.
– Восемнадцать? – возмутилась девушка. – Вы же говорили двенадцать!
– Проценты, милочка, проценты, – пояснил толстяк, продолжая улыбаться. – Плюс моральный ущерб за ожидание.
"Вот же гадёныш! Увидев перед собой сердобольного, готового помочь человека, он просто воспользовался ситуацией и завысил сумму.
Заглянула в мешочек. Медь, проблеск холодного серебра, даже пара золотых монет затерялась.
– Было двенадцать? – я подняла взгляд на толстяка, мысленно пересчитывая сумму. – За три месяца? Значит, за месяц четыре серебряных, без процентов и… – я невольно скривилась, – вашего так называемого “ущерба”?
– Точно так, госпожа, – подтвердил он.
– Вот, здесь долг и ещё дополнительная плата за три месяца вперёд.
Скрепя сердце, я высыпала монеты в его протянутую ладонь.
С каждым металлическим звоном, с каждой упавшей монетой частица моей свободы и надежд улетучивалась. Почти половина всех денег…
– Мне нужна расписка, – твёрдо заявила я, заметив, как жадно блеснули глаза мужчины. – Расписка о том, что аренда внезапно не подорожает!
– Но… Госпожа, так дела не ведутся, – запротестовал мужчина, сжав в кулаке деньги.
Я хотела было предложить дополнительную плату, но, поразмыслив, решила зайти с другой стороны.
– Иначе я всё расскажу своему мужу! Вы ведь знаете моего мужа? Виктор Артейр! Благородный воин и господин! Посмотрим, как генерал отреагирует на то, что вы выгоняете на мороз беззащитную женщину!
Благородный воин и господин?! Господи, что я несу!
Для пущей убедительности я деловито упёрла руки в бока, втайне холодея от страха, что мужик раскусит мой неуклюжий фарс.
