Они заставили меня поверить, что ты ответственен за исчезновение Имоджен, что ты спал с ней до нашей встречи.
— Ревнуешь? — усмехнулся он.
Немного ревновала, но в основном мне было грустно и даже немного противно. Я чувствовала, что меня тоже можно заменить. Сейчас все это не имело значения.
— Я никогда не спал с твоей сестрой и не разговаривал с ней до того, как отправился искать ее по твоему поручению.
Я замерла. Он нашел ее?
— Я навестил ее в Майами, когда встречался с Сергеем. Как и ожидалось, она собиралась отплыть с богатым русским и ей было наплевать, что ты ее ищешь.
Я тяжело сглотнула. — Ты сказал ей, что я ее ищу.
— Говорил, и что ты была больна от беспокойства, но ей было все равно. Она хотела развлекаться со своим богатым спонсором. Я не сказал тебе, потому что думал, что это только навредит тебе. Наверное, я был глупым идиотом.
— Мне очень жаль. Если бы я знала, я бы никогда не выполнила приказ полиции, но Десмонд сказал, что ты убил Имоджен и что я и моя семья нуждаемся в защите. Они обещали мне защиту.
— Я — единственная защита, которая тебе нужна! — прорычал он.
Больше нет. Теперь он был опасен. Смогу ли я заставить его простить меня? Я совершила ошибку, очень глупую, серьезную ошибку. — Тогда я этого не знала. Я никогда не говорила им ничего важного.
— Потому что ты ничего не знала. Вот почему они заставили тебя спрятать эти жучки.
— Я бы не сказаал им, даже если бы знала. И я не клала жучок на склад или в твой кабинет. А могла бы это сделать, если бы захотела.
Почему я этого не сделала? Это был бы логичный выбор. Но я никогда даже не думала об этом. Может быть, потому что в глубине души я никогда не хотела, чтобы Лоркан попал в тюрьму?
Лоркан покачал головой, его пальцы сжались вокруг цепи. Он поднял дубинку, и я вздрогнула, ожидая удара. Вместо этого он провел кончиком дубинки по ложбинке между моими грудями, по грудине, пупку и затем по моему бугорку, коротко коснувшись клитора, прежде чем опустить дубинку. Мои губы разошлись в изумлении и, к моему полному шоку… похоти. Даже вися на цепи, по милости моего жестокого мужа, мое тело жаждало каждой капли удовольствия, которое он мог предложить.
Его глаза остановились на моих. — Последние несколько часов я думал о том, что мне с тобой сделать, как наказать тебя за это предательство. Смерть была бы логичным выбором.
В моем желудке поселился тяжелый камень. Но страх смерти был не единственным, что я чувствовала. Что меня действительно удивило, так это чувство вины, которое одолело меня, когда я увидела, как разочарован Лоркан. И тут меня охватило новое беспокойство. Финн. — Пожалуйста, не делай больно Финну. Я прошу тебя. Он невинный мальчик и не заслуживает страданий.
— Он будет страдать в любом случае.