Автор
Вместе с подругой ты встречаешься в курортном ресторанчике, где время кажется отложенным временем. Встречаю тебя после двух лет и множество неудачных переписок. Ты словно другая — более спокойная, уверенная. Атмосфера завораживает, будто ты сама наполняешь пространство своей привлекательностью....
Если он не совсем дурак, то не станет задерживаться там дольше, чем на время, необходимое для разговора.
— Веру? — ахает сестра.
— Да, — киваю и внимательно вглядываюсь в Юлино лицо, — мою дочь.
— Шутишь?
— Если бы.
Юля подбирается и смотрит на нас с недоумением.
Переводит взгляд с меня на Бергмана и возвращает обратно. По ее тщательно накрашенному лицу пробегает тень, а кокетство во взгляде как будто сменяется беспокойством.
— И вы думаете, что я могу быть к этому причастна?
— Ты или твой приятель, — говорит Бергман.
— Боря?
— Мы думаем, что это может быть Боря, — соглашаюсь.
— Возможно ты действуешь с ним заодно, — добавляет Давид.
— Нет, — крутит головой Юлька и впивается в меня взглядом. Ее пальцы с ярко-красным маникюром смыкаются на моих запястьях.
— Женя, как ты могла такое подумать? Я наоборот, хотела помириться с тобой! Ты же знаешь! И с Веруней, твоей, то есть вашей дочкой, мне очень хочется подружиться. Правда!
— Если он требует выкуп в биткоинах, мы сможем проследить, — рассуждаю вслух, при этом прекрасно понимая, от того что мы это сделаем, будет мало толка.
"— В Монеро, — бросает Бергман, и я задыхаюсь, потому что похититель намерен тщательно замести следы.
— Что такое Монеро? — спрашивает Юлька.
— Анонимная криптовалюта, движение которой невозможно отследить, — произношу медленно.
— Ой, да Борька этим всем даже не интересуется, у него мозгов не хватит, это точно не он, — отмахивается Юлька, но я игнорирую ее и продолжаю смотреть на Давида.
— Мы должны найти его прежде, чем истекут два часа, — произносит он, также не отрывая от меня взгляда.
— Да.
— Я сказал, что переведу деньги только в случае, если он предоставит доказательства, что с малышкой все в порядке. Значит, до окончания этого времени мы можем не волноваться за жизнь ребенка.
Облизываю губы и киваю.
— Хорошо.
Мой мозг пытается найти решение, но ничего не выходит. Если бы не присутствие Давида и его уверенность, я бы уже, наверное, билась головой о стену.
Телефон Бергмана снова звонит.
Моя нервная система настолько расшатана сейчас, что на новый виток паники просто нет сил.
— Да, Вить, — произносит Давид и включает громкую связь.
— Давид Георгиевич, девушку нашли. Ангелина Наумова, фото соответствуют. Жива, но пребывает в сильном стрессе.
