"
"Пожалуй, некоторая безысходность услышанных новостей прибила меня, и я вновь почувствовала разом навалившуюся усталость. И потому я поднялась, чтобы проводить Беркли в холл, а когда вернулась, то увидела, что сестра Агнета по-прежнему дожидалась меня в гостиной.
— Вы считаете, я поступила неправильно? — спросила я напрямик, припомнив все те странные взгляды, что ловила на себе.
Она печально покачала головой.
— Мы не вправе судить людей, не поносив их сапог. Не прожив их жизнь.
Но что-то в ее голосе подтолкнуло меня продолжить.
— И все же?
— Вы мне очень нравитесь, Эвелин, — сказала она мягко. — И я очень сочувствую тому, что вы пережили, потому что далеко не каждый выдержал бы такое... Но вы не сломались. Но я хотела бы, чтобы Ричард был тоже счастлив. Он это заслужил.
— Вы думаете, он будет несчастен в этом браке? — осторожно уточнила я, не совсем понимая, почему сестра Агнета продолжала смотреть на меня с грустью и затаенной болью. — Вы же слышали все, что сказал лорд Беркли. Брак будет... формальностью. Он будет волен вести такую жизнь, как привык.
— Не будет, — она покачала головой. — Ричард не будет вести такую жизнь, как привык. Видите ли, Эвелин, я ведь помню его еще совсем мальчиком. Он вырос в кадетском корпусе на моих глазах, и потом наше общение никогда не прерывалось надолго... И даже сейчас, он позвал меня, когда понадобилась помощь, и я сразу же приехала, потому что всегда питала к нему особую слабость.
Наверное, в какой-то степени можно было сказать, что сестра Агнета не заменила Беркли мать, но стала ему второй матерью.
— Почему вы говорите, что он не будет вести прежнюю жизнь? Я... я прекрасно понимаю, почему и для чего заключен наш брак, и я не собираюсь как-то ограничивать лорда Беркли, или ставить условия...
— Он просто не сочтет для себя возможным, — она пожала плечами, словно мы говорили об очевидных вещах. — Он так вырос... когда не на кого было полагаться, оставалось полагаться только на свое слово и на свою честь — сперва кадета, после офицера, теперь — дворянина. Если вы поженитесь, он никогда не сделает того, что могло бы бросить тень уже на вашу честь, как его супруги.
Дрожь прошла у меня по рукам и плечам, и в груди зародилось нехорошее предчувствие. Сестра Агнета говорила о вещах, о которых я, признаться, не задумалась сама... И напрасно.
— Поэтому я боюсь, что Ричард будет несчастлив.
— Со мной? — переспросила я, чувствуя себя глупым деревянным болванчиком.
Она проницательно посмотрела на меня и, помедлив, все же кивнула.
— Но не потому, что вы что-то сделали не так, — замялась сестра Агнета, подбирая слова.
Она явно старалась меня не обидеть.