Автор
Леди Эвелин стойко сражается за справедливость, несмотря на все препятствия. Загадочное дело привлекает внимание графа Беркли и всех остальных, но только она убеждается в его правдоподобии. Атмосфера книги наполнена тайностью и напряжением, словно каждое дыхание — шаг вперед к решению загадки....
— И что вы можете мне предложить? И что попросите взамен?
— Взамен от вас практически ничего не требуется. У вас обширные связи, герцог, а нам нужно лишь, чтобы жандармерия выполняла свою работу.
— Конкретнее.
— Чтобы нам не мешали вести расследование. Выделяли людей для слежки, не отзывали их без предупреждения, вовремя проводили все исследования... — скучным голосом принялся перечислять я.
— И как же, по вашему мнению, я могу это дать? — Честер натужно улыбнулся. — Жандармерия и дознаватели — совершенно независимые организации, это все знают.
В тусклом свете его глаза маслянисто блестели. Он забавлялся и получал от этого удовольствием. Эван дернулся. А еще обо мне волновался, что я не смогу держать себя в руках. Я покачал головой. С хлыщами наподобие Честера я давно научился справляться.
— Методы на ваше усмотрение, — я растянул губы в намеке на улыбку.
— Ну, допустим, — легко согласился он. — А что мне можете предложить вы?
— Шанс занять должность Лорда-Канцлера.
— Шанс? — переспросил он и расхохотался.
— Но это больше, чем у вас когда-либо было, — жестко сказал я. — Мы все знаем результаты голосования уже сейчас. Герцог Саффолк будет избран уже в четвертый, кажется, раз. Вы проиграете. Месяц газетчики будет резвиться и полоскать ваше имя и очередную неудачу.
У меня получилось задеть его. На этот раз — по-настоящему. У него дернулась щека, ноздри расширились, когда он тяжело, гневно задышал. Глаза сузились, стали похоже на щелки.
— Вам говорили, Ричард, что у вас отвратительный характер? — Честер взял себя в руки.
Конечно же, он был слишком стар и слишком проницателен, чтобы вести себя как дурак.
— Множество раз, — искренне улыбнулся он.
Библиотека погрузилась в тишину. Старик стучал пальцами по крыше кресла и, кажется, действительно обдумывал наше предложение.
— Значит, вам нужно, чтобы вашему расследованию не мешали. Только это?
— Именно.
— Хорошо, — бросил он, и я с трудом сдержал удивление. — Я... я заинтересован, скажем так. В начале следующей недели проведу несколько встреч. Быть может, с расследованием станет полегче. Но на этом — все, — жестко припечатал он. — И любые наши договоренности я буду отрицать.
— Само собой, — сухо хмыкнул я.
Поверить в удачу было сложно.
