Автор
Леди Эвелин стойко сражается за справедливость, несмотря на все препятствия. Загадочное дело привлекает внимание графа Беркли и всех остальных, но только она убеждается в его правдоподобии. Атмосфера книги наполнена тайностью и напряжением, словно каждое дыхание — шаг вперед к решению загадки....
Он прикрыл глаза, показав, что понимает, о чем речь.
— Дальше.
Из моих плотно сжатых губ вырвался невольный смешок.
— А дальше вбежал перепуганный Томми, который сказал, что на улице жандармы.
— Ясно.
— О чем вы говорите?! — не выдержав, взорвался Мэтью.
Я скрестила на груди руки, всем видом показав, что объясняться с ним — прерогатива мистера Эшкрофта. Дальше были сложные десять минут, в течение которых Мэтью пытался смириться с тем, что был оставлен не у дел, а Эван пытался помягче донести до него суть произошедшего за последние дни.
Наконец, с этим было покончено, и мы вернулись к главному.
— Значит, они пришли за тетрадью.
Я отметила мысленно, как мило мистер Эшкрофт открестился от жандармов. Словно не являлся их частью...
— Думаю, не конкретно за ней. За чем угодно из хранилища, — поправила я, и, поразмыслив, он согласился кивком.
— От нее нужно избавиться, — заявил безапелляционно и рукой указал на камин. — Лучше всего: прямо сейчас.
Все внутри меня запротестовало. Я спасла ее лишь за тем, чтобы вот так бездарно уничтожить?!
— Она слишком ценна, — возразить было нелегко.
Я привыкла спорить с графом Беркли, но он — совсем другое дело.
— И она нужна... она может пригодиться. Чтобы вызволить лорда Беркли.
— Леди Эвелин права, — вставил Мэтью.
Мистер Эшкрофт метнул в него убийственный взгляд.
— Вы двое совсем лишились рассудка, коли считаете, что нам по силам диктовать условия Лорду-Канцлеру.
И здесь он был прав. Одна мысль о подобном заставила мурашки рассыпаться по плечам и спине.
— Мы можем ее изучить. Хотя бы. Чтобы понять, подтверждается ли догадка лорда Беркли, — тихо произнесла я.
Никакой радости держать при себе эту тетрадь я не испытывала. Но меня хлестала мысль, что Ричард не просто так рисковал, когда выносил ее украдкой из хранилища. Не потому, что хотел показать браваду или безбашенность, нет. Он считал ее доказательством. Хотел использовать в дальнейшем расследовании.
— Возможно ли будет встретиться с ним? — я с надеждой посмотрела на мистера Эшкрофта.
Даже у преступников в тюрьмах бывают визиты.
— Не думаю, — но тот мотнул головой. — Думаю, они постараются оградить Дика от внешнего мира. Чтобы он почувствовал себя беспомощным.
Одиноким. Брошенным.
Эван вдруг вскинулся и резко посмотрел на меня.
— Дьявол, я совсем забыл про бывшего дружка Ричарда по клубу. Как его там... Грей! Его тоже увели?
— Нет, — задушенным голосом пискнула я, борясь с приступом истерического смеха. — Он все еще заперт в кладовой.
