Было слишком шумно для столь позднего часа, а ведь в этом районе города проживала достопочтенная публика, и никогда прежде я не встречал столько людей после захода солнца.
А потом мы свернули, и я увидел возле моего особняка несколько экипажей с эмблемами жандармерии.
— Останови! — я постучал кучеру и, едва дождавшись, пока экипаж замедлится, спрыгнул на брусчатку и побежал.
Во всех окнах на первом этаже горел свет. Во дворе стояло несколько мужчин в форме, и я заметил, как в дверях мелькнул белый халат, который носили доктора.
— Мистер! — когда я вбежал в распахнутую калитку, мне наперерез бросились два жандарма. — Мистер, сюда нельзя!
— Это мой дом, — рявкнул я в ответ.
Дверь распахнулась, и на пороге появился Мэтью.
— Слава всем богам! — воскликнул он, увидев меня. — Расступитесь, это лорд Беркли! — замахал на жандармов.
Те отошли, бормоча извинения.
— Что здесь произошло? — я посмотрел на помощника, и за те доли секунды, пока он не ответил, успел прокрутить в голове множество страшных картин.
— Сэр Эдмунд мертв. Его убили, — коротко сказал Мэтью потупившись.
— Что?.. А леди Эвелин?
— Вернулась домой незадолго до вас, — быстро отрапортовал он. — Тело сэра Эдмунда обнаружил дворецкий Хилл. Леди Эвелин, по словам горничной, вошла в гостиную буквально через минуту после выстрела и упала в обморок. Сейчас с ней сестра Агнета.
— Хорошо, — машинально произнёс я, хотя хорошо не было ровным счетом ничего.
Я с силой провел ладонями по лицу и вновь посмотрел на Мэтью.
— Где были охранники? — спросил тихо, одними губами.
Я отправил двоих сопровождать леди Эвелин. Они были обязаны проследить, что она вошла в особняк, а потом заступить на свое ночное дежурство: один охраняет парадный вход, другой — черный, которым пользовались слуги.
Мэтью покачал головой.
— Один из них отвлекся, милорд, и проворонил, как убийца проник в сад.
Дьявол!!!
Ярость подкатила к горлу, и я стиснул кулаки. Но затем услышал, как нас обоих окликнули, и шумно выдохнул через ноздри. Жаль, нельзя было выдохнуть гнев, что клубился в груди.
Но я должен был сосредоточиться на главном. Разобраться с охранниками я еще успею.
Мы вошли в дом. В гостиной суетились жандармы. Один из них допрашивал Хилла — бледного, растрепанного, как я никогда его не видел. Он сидел на краю кресла, судорожно сжимая носовой платок.
Я остановился в дверях, дал себе мгновение — выровнять дыхание, убрать с лица все лишнее. И шагнул вперед.
— Господа, — окликнул я всех войдя. — Добрый вечер, господа. Я — граф Ричард Беркли, хозяин особняка. Прошу сообщить мне, что произошло. В малейших деталях.
Жандармы переглянулись. От группы отделился высокий человек в форменном пальто с потертым воротником. Он поклонился.
— Капитан Грейсон, лорд Беркли. Я веду следствие.
— И?..