Автор
В ушах Евы застрекулась восклицательная фраза — она стояла, словно замерев, на пороге кабинета. Тонкий лист бумаги перед ней резко изменил сцену: теперь он был центром внимания в темном кабинете, где хозяин оживлено перебирал зубочистку между губами. Воздух вокруг наполнился неясной тревогой и непостижимым悬念。...
Конечно, он первым делом снимет со стен все картины. Куда уж его двухклеточным мозгом чувствовать прекрасное! Ему только деньги нужны.
Но даже если Шведов согласится забрать квартиру, это не покроет всего долга. Нужно будет продать автомобиль и полностью выпотрошить счет, на котором лежат деньги для английского колледжа.
Ева посмотрела на часы. У Ани, ее пятнадцатилетней сестры, как раз было свободное время, можно позвонить. Через минуту на экране появилось милое личико. Если волосы Евы отливали золотом, то у младшей сестры они были гораздо темнее, но в остальном внешне сестры очень походили друг на друга.
Как обычно, сердце Евы радостно забилось, хотя повод для звонка был неприятный. Она очень любила сестру, пусть к этой любви примешивалась огромная доля горечи.
— Привет, мое солнышко!
Сначала девушки поболтали об Аниной учебе, а потом Ева осторожно бросила пробный камень.
— Ты там не устала еще, а? Вдали от дома?
— Только не начинай! — сразу же вскинулась девочка.
— Постой, постой! — взмолилась Ева.
Но Аня понеслась вскачь со всей безапелляционностью подростка, который не способен услышать никого, кроме себя.
— Сама-то училась за границей! А я должна вернуться домой и учиться в обычной школе! Опять это скажешь? Даже и не начинай! Слушать не хочу!
— Анечка, пожалуйста…
— Я только подружилась со всеми, стала популярной! Я с Джонатаном познакомилась! А ты хочешь все испортить, да? Ты издеваешься надо мной! Знаешь, только попробуй забрать меня! Я из окна выпрыгну вниз башкой.
— Анечка, нет! Что ты такое говоришь! Прекрати немедленно, — расстроилась Ева. Вот, еще и с сестрой проблемы. — Ты только подумай, нас только двое осталось. Кроме тебя у меня больше никого нет!
— Ну и пофиг.
— Аня, я не заберу тебя из Англии.
— Да?
— Да.
— Ой, а я подумала… Евочка, прости! Набросилась на тебя. Я очень тебя люблю, сестричка моя ненаглядная!
Аня начала целовать камеру, у Евы на экране возникли пухлые губы. Только что девочка кричала, а сейчас уже улыбалась и делала бровки домиком. Все это совершенно искренне.
Настроение сестры всегда колебалось в безумной амплитуде. В колледже Аня посещала психолога, а дома и вовсе наблюдалась у психотерапевта.
Ева тяжело вздохнула.
