Автор
Беременная женщина сталкивается с неожиданной ситуацией, когда ей приходится стать няней для дочери мужчины. Возникает конфликт вокруг материнства и тайны о ребенке, а в обстановке напряженности появляются новые, опасные обстоятельства.
Я решила, что не стану выяснять с тобой отношения и сама воспитаю ребенка. Между прочим, я даже общалась с тобой не сквозь зубы и решила простить за этот проступок.
— И кому ты лучше от этого сделала? Я бы потом смотрел, как ты растишь моего ребенка и даже не осознавал бы, что он мой.
— Будто бы тебе так нужны дети, Эмир. Арина...
— Опять? Арина - не мой ребенок. — он обрывает меня и трет пальцем устало висок. — Я не чувствую к ней ровным счетом ничего и не особо хочу с ней проводить время, так что можешь не ориентироваться на мое отношение к ней. Тем не менее, я даю ей даже больше того, что было у меня в лучшем периоде детства.
— Эмир, но у тебя тоже были приемные родители. — я смотрю на него задумчиво. —Ты не был им родным ребенком, и, вероятно, они не сразу тебя полюбили, но ты же чувствовал потребность в их тепле и они, наверняка, тебе его со временем начали давать? Ни один ребенок не может без этого вырасти. Родных детей, между прочим, тоже не сразу иногда начинают любить. Но тепло и забота - одни из столпов ответственности за ребенка. Любого.
— Расти в семье несравненно лучше, чем в детском доме, Лия. Но я не особо понимаю ,про какое тепло ты говоришь. Со мной не сюсюкались и я вырос нормально, не считая себя обделенным.
Мне неожиданно становится как-то очень грустно после его слов. Родители Эмира казались мне хорошими людьми, но было ли у Эмира то, что есть у обычных детей? Сказки на ночь, объятия, безусловная поддержка и прочие вещи, которые относятся не к материальному, а к душевному?
Не из-за отсутствия этого ли Эмир получился таким? Он ,кажется, всегда держит под контролем все сильные эмоции. Избегает, скрывает. Чужие он тоже как-то не особо хорошо чувствует, судя по его манере общения со мной, да и часто атмосферу не улавливает. Просто совершеннейшее отсутствие эмпатии. Иногда у меня возникало ощущение, словно он следует каким-то алгоритмам в отношениях с людьми, и только.
Как-то причудливо складывается в голове паззл после этого разговора с Эмиром.
У меня вырывается протяжный вздох.
Я пожалею об этом. Точно пожалею. Эмир вообще ни разу не тот человек, который нуждается в сочувствии и попытках его исправить. Сейчас я намного лучше понимаю, чего он ждет от меня, пристально сверля своими темными глазами, в которых нет ни капли заискивания или надежды, как обычно это бывает у парней, которые предлагали мне отношения или признавались в симпатии.
То, что он желает, немножко далековато от обычных, адекватных отношений.
