Автор
В мае 1817 года в Хепворт-Мэнор, Девоншир, где лорд Натаньел Торн, граф Осборн, охотился за тайной в романтической драме любви и заговора. Милая Бетси избегала его ухаживаний, но прикосновения к ее тонкому стану только усиливали страсть графа Натаньэля.
Не теряя времени, он отодвинул Элизабет в сторону, а сам поспешно захлопнул за Руфусом стеклянную дверь и привалился к ней.
— Бегите, Элизабет! — велел он. — Бегите сейчас же! — Он хотел, чтобы она оказалась в безопасности до того, как он откроет дверь и разберется с Теннантом.
— Но…
— Не знаю, долго ли мне удастся удерживать его здесь!
Теннант уже разгадал замысел Натаньела и пытался выломать дверь изнутри. Стеклянные панели, из которых была сложена оранжерея, могли разбиться от первого же удара его мощного кулака.
— Я позову кого-нибудь на помощь…
— Мне все равно, что вы сделаете, главное, немедленно бегите отсюда!
Теннант тянул на себя дверь изо всех сил, которые как будто удесятерились от безумия. Нож он по-прежнему сжимал в руке."
"Элизабет не в силах была сдвинуться с места; в ее красивых синих глазах стояли слезы.
— Ах, Натаньел, он… он…
— Знаю. — Натаньел помрачнел, представив, что она пережила, оставшись наедине с безумцем.
Теннант разбил стеклянную панель и, просунув сквозь зазубренное отверстие руку, крепко схватил Натаньела, впившись ему в плечо пальцами, словно когтями.
— Бегите, Элизабет! — крикнул Натаньел, из последних сил удерживая дверь.
Элизабет не собиралась оставлять Натаньела одного; она стала озираться по сторонам, пытаясь чем-нибудь помочь ему.
— Харриет! — Сэр Руфус бросил на нее задушевный взгляд из-за стекла, но Натаньела не выпустил.
— Элизабет, — хрипло прошептала она, морщась и во второй раз ударяя его по руке. — Меня зовут Элизабет, а не Харриет!
— Ложь! — Сэр Руфус помрачнел от ярости. — Грязная, мерзкая ложь! Это тебя Осборн научил?
Элизабет зажмурилась:
— Натаньел всего лишь невинный свидетель…
— Не такой уж невинный! — Сэр Руфус устремил злобный взгляд на молодого человека.
— Так Черныша убили вы? — Элизабет ахнула от ужаса и, пошатываясь, отступила.
