В глубокой осенней темноте Ирина просыпается от мелких капель дождя. Непривычный, мерцательный свет лампочки окружает ее комнату как холодная пленка, заставляя чувствовать себя словно в таинственном сне. Казалось бы обыденной болью в ногах она понимает, что несчастие уже на пороге......
Кандеашвили вновь взглянул на заместителя:"
"– И где же ты видишь в данном плане место для себя? Ведь тебе предстоит осуществлять руководство всей операцией, и на этапе проведения отвлекающего маневра, и на основном этапе уничтожения главных целей?
Бревадзе, не задумываясь, поставил на схему третий крестик:
– Я оборудую собственную позицию вот здесь. На вершине высоты, откуда смогу контролировать действия обеих групп и управлять ими посредством обычной радиостанции.
Кандеашвили перевел взгляд на поставленный третий крест.
– Что ж! План с первого взгляда неплох. Очень даже неплох. Интересно, откуда у тебя навыки быстро и эффективно ориентироваться в неожиданно сложившейся обстановке? Ты не мог знать, что колонна русских в четверг пойдет к Зонкари. Следовательно, не мог заранее обдумать предложенный вариант реализации плана боевой операции. Откуда, Григорий?
– Это комплимент?
– Это вопрос.
– На который, к сожалению, я не могу ответить. Его лучше переадресовать тому человеку, который направил меня на службу сюда!
– Даже так?
– Даже так, господин полковник.
– Будь так любезен.
– Я имею опыт планирования и непосредственного руководства проведением диверсионных акций. Но это все, что могу сказать без санкции известного тебе человека.
Кандеашвили кивнул:
– Хорошо. Этого достаточно. Мне нужно время проанализировать предложенный тобой вариант операции «Тупик». Свое решение я сообщу тебе, скажем.
– ... скажем, часов в 18.
– Как будет угодно. Я всегда на месте.
– Не смею задерживать!
Бревадзе вышел из кабинета и проследовал в свою комнату.
Кандеашвили задумался, склонившись над схемой.
Главарь банды вызвал своего заместителя раньше обозначенного срока, в 17-25.
Бревадзе явился немедленно. Реваз предложил ему присесть и тут же задал вопрос:
– Скажи, Григорий, а почему ты даже не рассматривал возможность проведения акции не в четверг 30 октября, а утром пятницы 31 числа? Насколько помню, один из твоих доводов в пользу нападения на русскую колонну заключается в факторе ослабления бдительности силами охранения при возвращении комиссии из Зонкари в Цхинвал?
Заместитель Реваза отрицательно покачал головой:
– Ты неправильно понял меня.
